– Дело не в коридорах, – таким же бесцветным голосом отозвалась София. – Закольцовано пространство. Как в старых компьютерных играх. Помните? Когда уходишь за границу экрана справа, появляешься слева, и наоборот. Я это еще в детстве выяснила, когда поняла, что лабиринт под домом старухи не может действительно быть таким огромным, каким кажется.
– Вероятно, то же самое проделано и с лесом, – вставила Диана, тревожно оглядываясь и всматриваясь в бесконечно длинный коридор с вереницей дверей.
Ей показалось вдруг, что одна из них приоткрыта и в образовавшуюся щель кто-то подглядывает за ними. Она буквально чувствовала этот взгляд – опасный, угрожающий – спиной, но стоило присмотреться, как все двери оказались плотно закрыты.
Впрочем, это еще не означало, что она ошиблась. Ей и прежде казалось, что какие-то двери далеко впереди или позади них то и дело приоткрываются и закрываются. Кто-то определенно следил за их передвижениями, только пока она не могла понять, с какой целью. За ними присматривают, чтобы они точно не нашли путь к выходу? Или кто-то выжидает, когда они окончательно выбьются из сил или потеряют бдительность, чтобы напасть?
– Одного не понимаю, – пробормотала Юля задумчиво. – Если это действительно подземелье той ведьмы, как мы сюда попали? Полиция тогда искала ее дом, но найти не смогла, и даже Нурейтдинов не смог их отвести.
– Значит, кто-то другой смог. – Кристина равнодушно пожала плечами.
– Если та старуха, которую ты все это время видела, все-таки тоже ведьма, как и та, что нас похищала, – вернулась к своей теории Диана, – то она могла найти путь.
– Но как одна старуха могла похитить и увести сюда всех нас? – усомнилась Юля.
– Ведьмы владеют подчинением воли, – пояснила София, садясь прямо на пол. Она была одета теплее всех, поскольку пропала не особо жарким майским вечером. Кроме брюк и тонкого облегающего джемпера на ней был еще и длинный кардиган. – И нет, это не то же самое, что гипноз. Суть похожа, но методики разные. Подчинить можно за секунду, особенно если человек не готов к нападению и даже не пытается защищаться. Спасти еще может защитный амулет, но их нынче и вовсе никто не носит. Даже я его с собой не взяла, хотя знала, что может пригодиться.
– Защитный амулет? – нахмурилась Диана. – Случайно, не медальон размером с монетку, на котором выбит ведьмовской символ?
Когда София кивнула, Диана и Юля переглянулись.
– А это не ты нам их присылала? – с подозрением уточнила последняя. – С припиской: «Это тебе за прошлый раз»?
София недоуменно посмотрела на нее, а Кристина меланхолично напомнила:
– Она же только сейчас очнулась, как и все мы. Даже не знала, что уже три года прошло с момента ее исчезновения.
Юля кивнула, как человек, вспомнивший что-то важное, и даже обронила тихое: «Точно. Извини», на что София слабо улыбнулась. А Диана между тем решила развить ее прежнюю мысль:
– Хорошо, предположим, та старуха – ведьма, и она подчинила нашу волю. Как она все успела? София пропала давно, Кристина – на пару дней раньше нас, но мы с Юлей, как я понимаю, пропали в одно утро. Только я в городе, а она на озере. Сколько времени было, когда ты выскочила из гостиницы в поисках старушки?
Юля задумалась и пожала плечами.
– Без чего-то десять. Может, без четверти или без десяти минут.
– Я уехала примерно на час раньше. И к дому Славы должна была добраться минут за двадцать пять, максимум, полчаса. Если меня похитили оттуда, то произошло это примерно за полчаса до тебя. Меня едва ли могли успеть отвести в лесную избушку.
– Она могла увести туда вас обеих одновременно, – возразила София. – Забрать тебя, вернуться на машине на озеро, забрать Юлю и уйти в лес с вами обеими.
– Возможно, – согласилась Диана. – Но зачем ей это все? Какой толк от нас здесь? Зачем нас сюда приводить?
Она обвела взглядом подруг по несчастью. София, конечно, ничего не могла ответить, она была не в курсе всего происходящего, да и Кристина многого не знала, поэтому в конце концов Диана остановилась на Юле.
– Очередное цитирование с отзеркаливанием, – сообразила та.
– Увидев повешенного блогера, Влад и Соболев обсуждали некоего повешенного на ткацкой фабрике, – напомнила Диана.
– История про человека, появлявшегося из-за черной двери, – уверенно подхватила Юля. – И черной дверью могла стать любая дверь. В моей квартире ею стал шкаф в прихожей.
– В нашем случае дверей нет, но есть зеркала, – заметила Диана. – И в своем сне я попала в этот лабиринт коридоров через зеркало. Точнее, через дверь, возникшую на месте зеркала, но это мог быть просто образ. Своего рода подсказка. Возможно, в нашем случае двери – это зеркала?
– Звучит дико, – хмыкнула Кристина, – но не то чтобы совсем бред. В моей комнате зеркало точно было.
– Как и в моей. Помнишь, как я встала между зеркалами? – Диана снова обратилась к Юле, на этот раз как к единственной свидетельнице того события. – И они стали пустыми, темными. Мне тогда показалось, что они реально пустые, словно стекла в них нет. Они как будто стали… порталами. А темными они могли быть, потому что на той стороне, куда они вели…
