Он замер. Глубоко и тяжело выдохнул, обдав горячим дыханием кожу, а затем прижался своей худой щекой ко мне, прикрыв глаза. Я ласково улыбнулась, ведь действительно, как маленькое и дорогое мне дитя. Проведя ладонью по синим волосам, я почувствовала легкий поцелуй на руке и еще крепче обняла Ориаса, слыша, как его сердце начинает биться все чаще. Внезапно его голова стала слишком тяжелой, и я несколько отстранилась назад, всматриваясь в его бледное лицо. Он спал. Мирно и беззаботно сопел, пригревшись на груди, провалившись в мир грез за жалкую минуту. Теперь ты для меня гораздо больше, чем просто телохранитель. Ты вновь и вновь спасаешь меня, а я даже не могу тебе сполна отплатить. Пускай, это малое, что я могу сделать, но позволь хотя бы любить тебя в надежде услышать когда-нибудь столь важные слова в ответ. Каким бы сильным ты не был, каким бы немощным не казался, я никогда не отвернусь от тебя. Не только из-за обещания, но и из-за того, что ты дорог мне. Позволь эгоистически думать, что и я дорога тебе.
Положив маара на подушку, я попыталась уйти, но поняла, что он во сне продолжает сжимать мою руку. И я не смогла её выдернуть. Настолько крепкой и горячей была его слабая, некогда не двигающаяся ладонь…
Сидя в старом кабинете, я смотрела в окно, держа руки на животе. Маленькая часть меня. Маленькая часть его. Словно и не со мной вовсе происходит…Сколько дней этому малышу, силой проложившему дорогу к своей жизни? Всего лишь неделя, но я чувствую его крохотный магический поток, согревающий низ живота. Моя маленькая радость, что дарит страх. Я боюсь. Материнство казалось мне таким далеким, что я никогда не задумывалась о том, каково быть мамой. Каждый день не несет в себе хороших вестей, ты появился в тяжелое и смутное время, малыш. Стоит ли впускать тебя в этот мир, наполненный ложью и смертью? Смогу ли я подарить тебе улыбку, если не могу подарить её мужьям? Мне страшно. За тебя. И за себя. За то, что дорогие мне люди исчезают или слабеют, что скоро я могу потерять все, что гарантировало мне счастливую и богатую жизнь, что ты, получив опасную кровавую смесь, станешь новой мишенью этого несправедливого мира, где тех, кто любит, убивают сразу. Что мне делать? Ты не скажешь…Никто мне не скажет…
— Госпожа… — сморгнув слезу, я повернулась к двери, в которой стоял Барбатос. Увидев мое лицо, он неуверенно сделал шаг вперед. — Могу ли я…
— Конечно, присаживайся. Какие новости?
Командир потоптался на месте, после сев в кресло напротив. Его хмурое лицо не обещало благих вестей. Впрочем, за последнее время я уже привыкла к этому…
— Наши разведчики смогли выяснить местоположение господина Альфинура…
— Где он!? — вырвалось у меня из груди так громко, что я даже вскочила со стула.
— Госпожа, — Барбатос медленно поднялся, так осторожно, будто боялся, что я сбегу, — прошу вас, вы еще восстанавливаетесь, поберегите силы.
— Где он, Барбатос, прошу, скажи мне!
— В горах орлов.
— Но…Это же…Это…Целый месяц, чтобы до туда…
— Госпожа, — оборотень аккуратно обогнул стол, — какой-то мощный маг применил телепорт, чтобы перенести вашего мужа в горы. Мы уже выслали туда вооруженный отряд. Они применят свиток телепорта.
— Вооруженный?..
Барбатос прижал уши к голове.
— Альфинур — потомок главы фениксов, неудивительно, что феникс захотел вернуть свое дитя, и…
— Альфинур кто? — в глазах темнело. Кто потомок? Куда вернуть? Я не понимала уже совершенно ничего…
— Так он не рассказал вам…Альфинур — союз орлицы и главы фениксов. Но, когда фениксы покинули те горы, глава не знал о том, что орлица беременна, а та разродилась двойней, и…
— О, Небеса…Мне все равно! Где Альфинур?
— Если фениксы узнают, что орлы обрубили их детям крылья, начнется новая война. Мы не знаем, зачем они похитили вашего мужа, если он однокрылый. Тем более мы не знаем, зачем главе фениксов внезапно потребовались дети. Можно лишь предположить, что орлы хотят каким-то образом вернуть господину крыло, чтобы отдать Альфинура затем фениксам, но…
Я понимала, что падаю. Маленький сгусток энергии внезапно разбушевался, и перед глазами померкло. Больно не было. Сильные руки схватили меня прежде, чем я упала на пол. Его похитили, его держат в плену, чтобы затем отдать в другой плен. Мне все равно. Глава фениксов? Да пусть хоть их божество. Я не отдам Альфинура никому.
Но я так устала…Почему бороться за свое счастье так сложно…
Что мне делать, папа?
