— Как это там ничего не было…
Прибывшие с разведки стражи еще раз переглянулись. Мои интонация и искреннее удивление, должно быть, вызывали неуверенность и в них самих, отчего их отчет с каждой минутой все больше становился тихим и невнятным. Стоявший позади меня Барбатос недовольно скрестил на груди руки, вызывая в стражах еще большую растерянность, но факт оставался фактом — деревни не было.
Если верить словам разведчиков, то они прибыли на предполагаемое место незадолго до заката. Координаты полностью соответствовали указанным данным, да и в сроке годности свитка можно было не сомневаться, однако…Деревни не было. Осколки разрушенных камней, обрывки какой-то одежды и ни одной живой и неживой души. По словам предводителя данной вылазки, все выглядело так, будто горный народ второпях покинул свой дом, забрав при этом абсолютно все вещи.
— Госпожа, безусловно, прямого подтверждения этому нет, но смею предположить, что подобное нельзя трактовать иначе, кроме как война.
— Война между орлами и фениксами? Два клана, что сами смешали свою кровь, вдруг решили начать воевать? — с моих уст слетела язвительная усмешка. Все-таки это даже звучало глупо. — Что же они не поделили? Детей?
— Прошу прощения, Госпожа, однако, как бы странное подобно не звучало, но война — это не просто предположение, — Барбатос сделал шаг вперед, чтобы я могла его видеть. — Несмотря на то, что орлы действительно смешали свою кровь с кочующими фениксами, их обычаи и культура слишком жестоки. Даже к детям, как вы знаете…В противовес фениксы с их сильным материнским инстинктом. Однако, не думаю, что это основная причина войны.
— Говоришь так, будто война — это уже что-то вполне разумеющееся…
— Простите, если это прозвучало так. Но позвольте высказать личное мнение.
— Говори.
— Нам не стоит вступать в эту войну.
На мгновение я даже дар речи потеряла. Как он может так говорить, зная, что в этой войне участвует Альфинур? Это уже автоматически и наше сражение! Что за бредни…
— Госпожа, учитывая нынешние обстоятельства, мы ничем не поможем. Наши силы ослаблены, да и не тягаться нам ни с фениксами, ни с орлами.
Хлопнув рукой по столу, я резко поднялась со стула, стараясь не показывать хотя бы лицом свою злость. Связано ли это с ребенком или с моей привязанностью к Альфинуру, но, когда речь заходила о нем, я всегда реагировала слишком бурно. Конечно, я могу оправдать Барбатоса тем, что его первоначальной целью является моя защита, но пусть хотя бы немного поймет, каково мне. Проще всех и все бросить да жить в свое удовольствие, не думая ни о чем, да вот только уже поздно.
— Госпожа…
— Довольно. Я плохо себя чувствую. Вечером будет собрание, пока мне нужно все обдумать.
Стражи склонили головы, и я вышла в коридор, отправляясь к себе в спальню. Как же мне уже надоело плакать от распирающего грудь горя…
Да, нам не тягаться с этими расами. Фениксы за свою семью спалят чужих им людей дотла, а орлы пронзят молниями, гремящими в небесах. Я знаю, что, если вступлю в эту войну, то своими действиями подвергну опасности всю Империю. Что же все-таки стало причиной скорой битвы? На чьей стороне находится Альфинур? Что же делать мне…
