Придержав дверь, Хэдер пропустил меня вперед. Небольшой холл и вдали стойка ресепшена. Если бы не кипельно белые пол, потолок и вообще все вокруг, я бы подумала, что нахожусь в гостинице или отеле.
— Стоять. Предъявите допуск, — громкий окрик заставил вздрогнуть.
Я, засмотревшись на интерьер, даже и не заметила, стоящего справа от входа, охранника. Судя по его недовольному лицу, время сейчас было неприемное, и посторонних тут быть не должно было.
— Райн Эверс? — растерянный взгляд поверх моего плеча. — Проходите.
— А у меня что, не хочешь спросить допуск?
И снова Хэдер стал тем, каким был во время нашего знакомства. Суровый и холодный взгляд в сторону мужчины и тот, нервно теребя край пиджака, выдавливает из себя жалкую улыбку.
— В этом нет необходимости.
Собранный и уверенный в себе, Хэдер вел меня лабиринтами больничных коридоров. И в глазах, встречающихся на пути сотрудников, читались страх и опасливость. Вначале я думала, что все это мне кажется. Но когда мы зашли в пустой лифт, вдруг подоспела девушка в белом халате в надежде успеть, но увидев Хэдера, она остановилась как вкопанная. Круглые глаза и испуганный вид были последним, что я увидела, прежде чем захлопнулись двери.
— Ты, наверное, часто тут бываешь, раз тебя все знают, — я решила зайти издалека.
— Настолько часто, что последний раз был здесь полтора года назад.
— Ты ведь понял, что я имела в виду.
Хэдер нажал на табло красную кнопку, и лифт остановился. Плавно обернувшись ко мне, он неспешно подошёл ближе. И с каждым его шагом сердце билось все быстрее и быстрее.
— Знаешь, что мне в тебе нравится? — он положил руки на поручень по обе стороны от меня.
— Нет, — голос прозвучал тихо.
— Ты про меня ничего не знала, когда я увидел тебя в первый раз. Кристальная чистота восприятия. И сейчас, свое мнение обо мне ты формируешь полностью сама. Не буду тебе в этом мешать.
Его губы изогнулись в дьявольской ухмылке, и, переместив руки на мою талию, Хэдер запечатлел на губах лёгкий поцелуй. Настолько короткий, что я даже не успела прикоснуться к его плечам, как лифт возобновил движение. В растерянности и смятении я вышла на нужном этаже.
Короткий коридор, вдоль стен которого стояли цветочные кашпо.
— Идем, — Хэдер остановился у одной из немногочисленных дверей.
— А может, я лучше здесь подожду?
— Нет. Одну я тебя тут не оставлю. Не бойся, пойдем, — ободряющая улыбка и без стука он открыл дверь.
Выбора не было, и пришлось сделать шаг вслед за ним.
— Райн, — радостно воскликнул короткостриженный мужчина лет сорока. — Проходи. Ой, да ты не один.
Мужчина вышел из-за стола и, подойдя ближе, протянул мне руку:
— Арина-Эмилия, приятно с вами познакомиться.
Я на автомате протянула руку и вроде бы даже улыбнулась. Имя вписанное в паспорт знало всего несколько человек. Я никому не сообщала об имени матери, даже в колледже учителя не знали, что ко мне можно так обращаться.
А тем временем мужчина крепко обнял Хэдера и, не скрывая своего счастливого состояния, осматривал парня, держа его за плечи.
— Как же я рад видеть тебя в здравии, мои дорогой.
— Я тоже, Линтер, я тоже.
Стол в его кабинете уже через минуту был полон различных угощений, а перед каждым из нас стояла чашка чая.
— Как братья поживают? Справляешься с ними? Как у Штера на работе дела?
— А разве может быть иначе? Я не играю в демократия, ты же знаешь. Но меня радует, что многие имеют свои цели и стремления. И в этом я их не ограничиваю. Ну, а, Штер, — Хэдер вздохнул, — он своенравен. Слишком своенравен.
— Ну, так, порода, — засмеялся мужчина.
— Может быть, но мне хватает и своих проблем, чтобы ещё его эго усмирять.
Я жевала шоколадное печенье и ловила каждое их слово. Первый раз вижу, чтобы Хэдер так открыто, и не скрывая своих мыслей, разговаривал с кем-то. Усталость проявилась на его лице, и сейчас он соответствовал своему возрасту. Уже не молодой парень-хулиган, а мужчина сидел за столом и переживал за своих парней. Совершенно с иной стороны открывался мне этот человек, и чем дольше я наблюдала за ним, тем сильнее меня тянуло к нему.
Тихую, мерную беседу прервал телефон, завибрировавший в рюкзаке.
— Простите, это папа. Мне нужно ответить, — оправдываясь, я направилась к дверям.
Уже после я вспомню, как немного сузились глаза Линтера в ответ на произнесенные мною слова.
— Да, привет.
— Ринушка, ну ты чего так долго? У тебя все в порядке?
— Пап, не волнуйся, я просто из столовой вышла в коридор, а то там громко.
— Ну, хорошо, — удовлетворённо произнес родной голос. — Кушай лучше. Я вечером сегодня приду поздно, ты меня не дожидайся, ложись спать.
— Мы почти двое суток с тобой не видимся. Почти рекорд, — я улыбнулась. — А почему задержишься, на работе что-то произошло?
— Нет, с работой все в порядке. Вечером поеду за город, надо партнёра поздравить. Думал завтра съездить, но он улетает.
— Понятно. Я уже скучаю.
— Так, дочь моя, уныние в сторону, — приободрил папа. — Давай, иди, учись, птичка.
