— Слышал. Батя рыбалить ушёл на речку.
— Далеко?
— Дом обойди, под горушку спустись, он там.
Поблагодарив мальца в тут же захлопнувшуюся дверь, Саша заметил тропинку, идущую вокруг забора, и пошёл по ней. Через пару минут, скользя по пологому берегу реки, над которой поднималась утренняя осенняя дымка, он заметил одинокую иву, поглаживающую воды Волги влажными листьями. А рядом, сгорбившись, сидел Митяй, медленно обернувшийся на шаги.
— Здорова, Саша, — не вставая с раскладного стульчика, пожал он руку подошедшему Доктору. — Извини, что не предложу присесть. Некуда, сам видишь. Когда прибыл?
— Недавно.
— Новости все знаешь?
— Уже в курсе.
— А кто новый хозяин, тоже?
— И это знаю. Кащей.
— Хорошо, что держишь руку на пульсе.
Они помолчали. Котлин пошевелил удочкой.
— Чего пришёл? — поднял взгляд из-под кустистых бровей Митяй.
— Так это, попросить кое о чём хотел, — ответил Доктор.
— Не смогу тебе помочь, — сразу ответил Митяй.
— А чего так? — удивился резкости Алекс.
— Не велели, — закинул удочку тот.
— Кто? — решил уточнить Док.
Митяй молча поглядел на поплавок, положил удилище на вставленную в воду веточку с раздвоенным концом, вздохнул и поднялся со стула, отряхнув колени, сразу став одного роста с достаточно высоким Алексом.
— Послушай, Саша, вчера в Ганзу приезжали серьёзные люди, они и озвучили решение Совета том, что новым хозяином станет этот молодой парень — Кащей. Я сомневаюсь, что абы кого могли поставить на такое место. Значит, это взвешенный выбор умных людей, и я должен признать его.
— А кто за него подписался? Кто приезжал-то?
Митяй поднял глаза влево и вверх, как бы обдумывая, стоит ли это говорить, но, по всей видимости, не нашёл причин скрывать.
— Приезжали Аттал и Слава Орлан.
— Вдвоём? — не поверил Алекс.
— Вдвоём, — подтвердил Митяй. — Я слышал, что между ними война, поэтому сам удивился. Но вели они себя по-дружески, одинаково уверяли, что Кащей сможет поднять Ганзу и что они за него ручаются. Так что, видимо, теперь они вместе.
— Слава и Аттал вместе? — опять не поверил Доктор. — Но ведь этого не может быть!
— Может или не может, но оно так, — заметив, что Алекс собирается задать новый вопрос, Митяй жестом остановил его, продолжив. — Конечно, мы поговорили и о тебе. Аттал ответил, что ты был назначен временно, чтобы начать развивать полис. А нынче тебе на смену пришёл толковый парень, которому они со Славой будут всячески способствовать. Орлан добавил ещё, что твои полномочия закончились, и теперь никто не должен тебе помогать, иначе… — тут нижний торец его верхнего кулака дважды врезался в верхний торец нижнего, как бы показывая, что будет с тем, кто нарушит приказ. — Так что, извини. Я не хочу ссориться ни с Атталом, ни со Славой, да и причины никакой нет.
— Нет причины? А как же наши с тобой отношения? Я думал, что мы друзья, — в упор поглядел на Митяя Алекс, но тот не отвёл взор.
— Мы не друзья, Саша. И никогда ими не будем.
Алекс аж оторопел от подобного признания, что-то внутри оборвалось, а Митяй всё так же спокойно продолжал.
— Не спорю, я благодарен тебе за полис, из-за тебя мы вроде бы наладили взаимоотношения с Райхом, и у нас появилась какая-никакая надежда. Тут скрывать нечего — твоя заслуга. Но, Саш, у всего есть цена. И ценой новой жизни полиса стала смерть моего сына. Ванька вырос здесь, в Ганзе, в жестоких драках, и со своими, и с немцами, потом оттрубил три года в армии и там не раз бывал в горячих точках, вернулся на гражданку, практически без мой помощи создал строительную фирму, женился, сына завёл, а потом появился ты, и Ваньки не стало. Так скажи мне, Саша Доктор, кого мне в этом винить?
— Ваня был моим товарищем…
— Ваня был моим сыном! — резко прервал его Митяй, немного помолчал, а затем снова заговорил спокойным грустным тоном. — Я при всех как-то сказал, что я не буду мстить никому, кто так или иначе повинен в смерти моего Ваньки, но это вовсе не значит, что я забуду обо всём и особенно о том, кто всю эту движуху замутил. Поэтому мы не сможем быть друзьями, Саша. Ты мне ничего не должен, и я тебе ничего не должен. Извини, если ты думал иначе.
— То есть просить тебя о чём-то бесполезно? — подытожил разговор Доктор.
— Бесполезно. Я тебе не буду помогать, но и мешать не буду, — сухо произнёс Митяй и добавил. — Живи как умеешь.
— И на том спасибо. — Саша подал руку, и Котлин-старший, не колеблясь, пожал её. — В любом случае, я тебе благодарен, Митяй. За всё. И особенно за Ваньку. Это был хороший парень, я горжусь, что бился рядом с ним.
Разжав руку, Доктор повернулся, направившись вверх по склону. Митяй глядел ему вслед. Вдруг на полпути Доктор остановился и повернулся:
— Митяй! — крикнул он. — Одолжи мобиль на несколько дней.
Котлин-старший прищурился, подумав, а затем крикнул в ответ:
— Это Ванькин мобиль был, не мой. Он бы одолжил — так что бери. Отдашь, как сможешь.
— Спасибо, Митяй. Ты хороший человек! — выкрикнул Доктор и махнул рукой.
Котлин не ответил на жест. Лишь когда Саша отвернулся и пошёл дальше, Митяй прикрыл глаза и долго-долго стоял так, не шевелясь.
**
