— Но сейчас меня всё же другой вопрос интересует, я даже не могу понять, почему о нём раньше не задумался? — Аттал снова принялся задумчиво тереть скулы. — Зачем Комар вообще взял с собой на разборку Доктора?
Лулу задумалась.
— Доктор откуда взялся? — спросил хозяин и сам себе ответил. — Его привезла Алиса, чтобы изучить моё состояние. В этот момент в Ахею приезжают Вуйчики, чтобы порешать насчёт этого… насчёт бара, и опытный Витя Комар зачем-то берёт на эту стрелку* (криминальную разборку) какого-то паршивого преподавателя из ликея. Нахера спрашивается, а?
Луиза сдвинула брови и задумчиво опустила подбородок на свой кулачок.
— Хм-м, действительно, а зачем Витя взял на встречу Доктора?
Аттал плюхнулся обратно на тахту, и парочка погрузилась в раздумья.
**
— Лекс, кто тебя так? — соскочил с места Олли. — Кто это сделал?
— Да так, — отмахнулся Доктор. — Ерунда. Псы Аттала покусали, — невесело усмехнулся он, закрывая за собой дверь.
— Мирон, что ли? — расширил глаза Англичанин.
— Да не. Братья эти, Жучки, твари долбаные, — снял обувь у порога Алекс и пошёл умываться.
— Да уж, чертовски борзые такие ребята, мне показалось. Ого, всю рожу расхерачили, всю расхерачили, — зацокал он, разглядывая проходящего мимо Лекса.
— Угу, — буркнул Саша, включил воду в раковине и принялся споласкивать лицо.
— Ак, чё ты с ними раскусался?
— Не с ними, — намылил щёку Док, морщась от пощипываний в ранке, — с Атталом.
— Рили? — не поверил Олли. — С самим?
— Самее не придумаешь, — Доктор вытер полотенцем лицо и осторожно коснулся щеки, показывая Англичанину ссадины и кровоподтёки.
— Дам!* (Чёрт!) — только и смог произнести тот, возвращаясь в гостиную, опускаясь на табурет и наливая себе чай из круглого чайника. — Что теперь делать, короче?
— Если б я знал, Оливер, если б я знал. Никак не могу решиться ни на что, — покусал губу Алекс и сел рядом, фукнув в пустую чашку, выдувая пыль. — Да ладно, не будем о грустном, — решил переменить он тему разговора и плеснул себе немного чайку. — А где Лойер?
— Пошёл Лив провожать, Ромео.
— Почему Ромео? — не понял Саша.
— Так он же к ней неравнодушен, — усмехнулся Олли.
— Да ну? Никогда бы не подумал.
— Что ты! Это ведь Лой уговорил меня сюда приехать. Он уже давно втюрился в систер, но она видишь какая…
— Какая?
— Какая, какая… Чертовски неправильная — вот какая. Всё у неё не так, как надо. Не так. С самого детства так, с юности вернее… — махнул рукой Англичанин.
— Как не так, Олли? Чёт я не втыкаю.
— Да что тут втыкать, все же знают, что она больше с девочками… ну, ты понял, короче. Я с ней знаешь, сколько ругался? Чертовски много раз! Вдрызг! Одну слат* (прошмандовку) даже из нашей квартиры за волосы выкинул! За волосы. Так Лив назло мне нашла себе какого-то ванкера* (ушлёпка) и стала с ним встречаться, дура малолетняя. Назло мне! В итоге мы с ней чертовски разосрались, она психанула, собрала все свои манатки и уехала из Альбиона в Ганзу. Я бы за ней не поехал из принципа, из принципа бы не поехал, — подчеркнул он, — даже не смотря на то, что у меня никого из близких больше не осталось. Никого не осталось, короче. Но ни в жизнь бы не поехал. Это всё Лой — нудил-нудил, нудил-нудил, ходил за мной по пятам, вот и вынудил. Плюс там и ещё были кое-какие причины, но это неважно, короче. — Олли улыбнулся. — Так что мы с тобой познакомились и сидим здесь, получается, из-за того, что этот лавер недоделанный любит Оливию. Так что я тут из-за него.
— Да уж, весьма нелинейное развитие событий, — согласился Алекс, внезапно задумавшись о чём-то своём. Англичанин хотел было продолжить разговор, но вспомнив, что молчун умнее болтуна, долил чаю и замолчал. А Доктор, покусав ноготь на безымянном пальце, вдруг сам начал разговор:
— Слушай, Олли, я вот что хочу тебе сказать. Я уже говорил на эту тему с Лойером, но теперь хочу и с тобой обсудить. И очень прошу, давай всё обдумаем, как взрослые люди, ладно? Я обрисую ситуацию, а ты вынесешь вердикт, объективное решение взрослого человека, так сказать, договор?
— Договор, — заинтересованно ответил Англичанин и стал внимательно слушать, даже отставив чай в сторону.
— Вот посуди сам, — начал Лекс, — шансов, что я снова стану хозяином — нет. Сам подумай, в голосовании принимали участие четыре члена Большого Совета: Ильсид, Аттал, Слава и Тино. Кто из них точно против меня? Аттал — хотя бы потому, что я бросил его дочь. Орлан — тут всё ясно, Кащей его сын. Тино — насколько я знаю, кореш Славы Аетина и пляшет под его дудку. То есть минимум трое против меня. С этим мы разобрались. Теперь дальше.
