– Не перебивай меня! – оборвал Бармен, Романа – Так будет справедливо. Если выиграет Владимир, то уходит из дела. А если выиграешь ты, то выполнишь своё задание.
Владимиру понравилась идея Оружейника, у него появился шанс выжить. А Роман засомневался в справедливости этой затеи.
– А разве это честно? – сказал Роман – я то ведь никого не предал, но могу умереть.
– Предателей нет, запомни! – ответил Бармен – Каждый человек действует так, как считает нужным. И если его действия не совпадают с мнением большинства, это не значит, что он предатель. В этом вопросе всё субъективно.
– Ладно. А как же по поводу справедливости? – не унимался Роман.
– Ты боишься проиграть, иначе бы не ставил этот вопрос поверх всех. Но убить Владимира в дороге, мне кажется, точно будет несправедливым.
– Я не боюсь. Просто считаю не правильным это – сказал Роман, потом повернул голову к Владимиру – А ты как думаешь?
–Я думаю честно – ответил Владимир.
– Ну ещё бы ты, так не думал! –воскликнул Роман – Надо подумать– он, наконец закурил, вдохнул в себя едкий дым, а потом медленно выдохнул, смотря на дым, уходящий вверх к потолку, и произнёс – Мы много пережили вместе. Тебе стоит дать шанс.
– Ну вот и отлично – радостно крикнул Бармен – Запоминайте. Завтра с утра вернётесь чуть назад, съедите на проселочную дорогу, там поле будет, там и начинайте дуэль. Правила просты. У каждого будет в пистолете один патрон. Считаете в уме до десяти, а потом стреляете. Перезаряжайтесь и продолжайте до тех пор, пока кто ни будь из вас не умрет.
– Так посчитать можно по-разному. Можно быстро, а можно медленно – сказал Роман.
– В этом и весь смысл – ответил Бармен – Я повторюсь. Дуэль – это мужская игра. И слово мужская означает, игра чести. А честь…
– Не надо нам объяснять, что такое честь! – воскликнул Роман.
– А я думаю надо. Честь – это принципы, это правда, это мужское нерушимое слово. Поэтому в дуэли, вы считайте медленно и до десяти.
– А если я или он – сказал Владимир – выстрелим на восемь или шесть.
– Вот именно! – поддержал его Роман.
– Я не думал, что мужчины настолько обмельчали – сказал Бармен – Вы даёте мужское слово, что считаете медленно до десяти, а потом стреляете. Если вы выстрелите раньше, то вы нарушите слово. А в жизни всё возвращается.
– Хватит – сказал Роман – Надоело слушать про мужские игры и дуэли. Где мы будем спать?
– Наверху, в комнате – ответил Бармен.
– Я буду спать в машине, – произнёс Владимир.
– Так не пойдет – сказал Роман – Мало того, что я согласился на эту дуэль. Так ты ещё будешь в машине спать. А вдруг уедешь?
– Не уеду – утвердительно произнес Владимир – Можешь ключи забрать.
– А что толку? – крикнул Роман – соедини два провода и машина поедет.
– Чего ты завёлся? – сказал Бармен – Пусть спит.
– Я вообще не пойму, чего ты встал на его сторону? – крикнул Роман – Сначала про дуэль мозги запудрил, а теперь в машину его отправляешь.
– Не кричи на меня! – рявкнул Бармен – Я всё равно буду сидеть у окна, если машина тронется, то я выстрелю.
Роман от ответного крика немного успокоился. Посмотрел на Владимира, а потом на Оружейника.
– Знаешь, Оружейник, – произнес он – я тебя уважаю, но тут ты не прав. Я бы на его месте скрылся. Хотя нет. Сначала бы всех перестрелял, а потом бы скрылся.
– Я так не сделаю – сказал Владимир, вытаскивая свой пистолет и кладя его на стол – Я пошёл в машину.
– Погоди, мы ещё не решили – крикнул в след уходящему Владимиру, Роман.
– Я решил! – отрезал Владимир не останавливаясь. Его сердце бешено билось, он боялся что Роман выстрелит в след.
– Иди наверх спать, – произнёс Бармен, беря пистолет Владимира в руки.
– И всё таки ты не прав! – крикнул Роман, вставая из – за стола.
Владимир вышел на улицу. Дождь всё ещё лил, стало немного теплее. Он поднял голову вверх, на его лицо стали капать капли дождя. Сердце немного успокоилось, и он пошёл к машине. Сев в машину, Владимир опустил сидение, чтобы лечь и произнёс:
– Батюшка, Алексей я дал вам слово. И точно его не нарушу. Пора ответить за всё. Повезёт буду жить, а не повезёт умру. – Владимир лёг. Перспектива умереть очень пугала его. И тогда, чтобы успокоить себя он произнёс – Все ведь умирают – Но и эти слова ему показались слишком слабые для успокоения, и тогда он в первый раз в жизни произнёс – Господи. Дай мне ещё пожить немного. Пусть я завтра живой останусь, и я тогда сделаю всё что захочешь – Владимир неумело перекрестился и закрыл глаза. Дождь барабанил по крыше машины, убаюкивая всех водителей на стоянке. Он не мог убаюкать только Владимира, думающего что это его последний дождь в жизни…
ГЛАВА 11
