- Кровь – это источник силы, - продолжал Рхетт, возвращаясь к медленному чаепитию. – Это вместилище магии, это жизнь всего сущего, именно поэтому нам, Рассенам, чтобы быть сильнее магически, нужно пить кровь. Конечно же, кровь не каждого существа для нас ценна. Например, человеческую можно сравнить с болотной водой – вроде и утоляет жажду, но её вкус противен, а отсутствие в ней магии порой опасно для нас самих, так что кровь людей мы пьем очень редко, если нужно быстро восполнить силы. Кровь ликанов ещё мерзче на вкус, - дельта даже недовольно плечами передернул, слегка скривившись, - потому что она несет в себе двойственную сущность, человека и животного, и даже может убить Рассена, если он выпил кровь ликана в его зверином обличии, так что этой расой в плане восполнения сил и магии мы не интересуемся. С эльфами все намного проще: рутты – просто великолепные доноры магии, а дроу – сил, - так что детям Нейя и Трьярога порядком от нас достается. Самая сладкая кровь – драконья, но эти существа магически очень сильны, Ингард хорошо защищен от внешних проникновений, да и тягаться с летающими тварями, которые дышат огнем, трудновато, так что, считай, драконы для нас – деликатес.
- А вампиры? А ассасины? – не унимался Ян, понимая, что, если бы дельта хотел, он бы упомянул и эти расы, но аловолосый умолчал, поэтому не стоило его расспрашивать, но все же любопытство и жажда знаний оказались сильнее, буквально столкнув с его языка эти вопросы.
- С вампирами сложно, - задумчиво покачал головой Рхетт, на несколько мгновений умолкнув. – Они сами питаются кровью, их собственная магия тоже завязана на крови, в их крови звучит голос памяти предков, так что если и пить кровь вампира, то только молодого и слабого, ещё не прошедшего инициацию, потому что после можно просто с ума сойти от зова уз их крови. Ну, а ассасины, - дельта поднял голову и едва заметно улыбнулся своему собеседнику, - живыми достаются нам очень редко.
- А что вы делаете с душами? – продолжал вопросы Ян, поняв, что император специально ни о чем не рассказывает сам, будто по его вопросам оценивает не только ум своего собеседника, но и его характер, привычки и повадки, что было юноше не очень-то и приятно, но и не доставляло особого дискомфорта.
- Используем в некоторых ритуалах, - снова-таки уклончиво ответил Рхетт, и на этом их беседа относительно питания Рассенов была закончена. Конечно же, Риверсу хотелось расспросить о том, как, зачем и в каких ритуалах, но что-то подсказало ему, что именно в этом случае задавать наводящие вопросы не стоит, поэтому их разговор плавно перетек совершенно в другое русло.
- Вот это, мой мальчик, - Рхетт показательно обвел рукой ту панораму, которая открывался из балкона тренировочного зала, - и есть истинный Тул.
- Удручающе, - прокомментировал увиденное Риверс, который за пару недель уже обосновался, приноровился и не боялся говорить прямо и открыто, что, как он понял, было по душе императору. Из собственных наблюдений, рассказов аловолосого дельты и Галлаэра он уже и так знал, что жаркий диск Деи освещает землю Тул по двадцать часов в сутки, причем в империи нет таких понятий, как весна, лето, осень и зима, здесь всегда жарко и душно днем и холодно и морозно ночью, точнее, те несколько часов, на которые диск Деи скрывался за горизонтом. Только благодаря магии Рассенам удается строить города, в которых не ощущалось дыхание пустынь Тул, и при помощи той же самой магии беспрепятственно находиться под слепящими лучами Деи и пронзительными тенями Лели, поэтому он сам предпочитал не покидать дворец, в котором даже за окнами была магия – искусственно взращенные сады, которые и дарили прохладу. Теперь же его взору предстала действительно удручающая картина – пески и горы, которые простирались от стен Тартары, столицы Тул, к самому горизонту.
- Да, обделили нас арлеги плодородной землей, - не менее сокрушенно, словно он тоже искренне переживал по этому поводу, покачал головой Рхетт, - но нет безвыходных ситуаций, Ян. Есть просто лень и нежелание бороться – вот причина всех людских тягостей.
