В лагере поднялась волна шума, на гребне которой, как и следовало ожидать, была София. Она бежала навстречу сыну, размахивая руками и каким-то предметом, подозрительно похожим на тетрадь. Вечером она уже начала привыкать к мысли, что никогда не увидит ребенка. Эта ночь для нее стала самой ужасной…, ночь воспоминаний. Самые страшные моменты их жизни и самые волнительные: как Фреда похитил отец, и София не могла вытащить его из Опекунского совета; как Фреду пришлось сражаться с инками; как Фред подружился с маленькой необычной девочкой Надей. Каждый эпизод София рассматривала как под микроскопом, вспоминая детали, выражения лиц, каждое слово…, словно хотела все это записать в памяти, чтобы не дай бог, что-то не потерялось. Ведь она думала, что кроме этих воспоминаний у нее не осталось ничего…
Теперь она бежала, не разбирая дороги, не в силах поверить в чудо. Возбуждение перехлестывало через край, она боялась даже моргнуть из опасения, что мираж рассеется. Она видела в группе людей улыбающегося Карлоса и напряженного Фреда. Почему он так напряжен, почему не рад встрече? Что-то не так?! Все остальные выглядели более или менее адекватно, но Фред…, он был мрачен и словно находился где-то в другом месте.
***
-Вот все это и закончилось…, немного неожиданно. У нас даже не было времени остановиться и осмыслить то, что произошло… - Карбовски не знал как себя вести. Все было таким странным. Это место…, эти люди…, которые больше походили на аборигенов. Ему даже показалось, что мыслить они стали как-то не по-человечески, словно изменились не только внешне, но и внутри. Этих людей изменили обстоятельства, невзгоды и трагедии.
-Да, мы получили то, что хотели, но разве кто-то мог предположить, чего нам это будет стоить? Чего придется лишиться во время осуществления нашей мечты? – Сильва печально опустила голову, вспоминая потерянных друзей. Хорошо, что рядом был Влад, вместе им все нипочем. Теперь придется пожертвовать любимой привычкой, раскидывать вещи …, ведь вещей у нее будет совсем мало.
-Ты говоришь так, словно в том, что Землю захватили инки, есть и наша вина? Это не так, Сильва, и мне бы хотелось, чтобы к этому вопросу мы не возвращались. – Хасид Петрович растер ноющее плечо и посмотрел на собравшихся в палатке людей. Человек двадцать, не больше, все кто принял непосредственное участие в осуществлении общей мечты. – Поверьте, мы должны забыть все сожаления и исходить из того, что имеем. На оплакивание у нас нет ни времени, ни сил. Здесь и сейчас у нас много вопросов и проблем и они требуют срочного решения.
-По большей части это вопросы организационные, но есть и кое-что важное…, например, природа соленого дождя и последствия его воздействия. Боюсь, он не так безобиден, как мы полагали. И эффективных методов борьбы с ним не найдено. Виктория, позволь мне высказать недовольство по поводу того бардака, который вы здесь устроили? Я не пытаюсь приуменьшить те проблемы, которые вам приходилось решать и даже готов согласиться с тем, что большинство из них вы решили блестяще…, но Пол?! Вы позволили мелочному мальчишке с манией величия уничтожить треть колонистов! Недопустимо.
-Доктор Карбовски, вы сами предложили начать с этого момента и принять все как есть. Не будем возвращаться к прошлому, ведь уже ничего не изменить. – Сафид понимал, что слова относились к нему в той же степени, как к Виктории. – Мы не имели возможности предвидеть то, что случилось. Та жизнь, которая нас окружала на Земле, не могла дать ни капли знаний в этой области. А вы учили нас только тому, как бороться с обстоятельствами и проблемами, источником которых была сама планета. Так что, лучше оставим эти вопросы.
-Согласен. Я не хотел вас ни в чем обвинять, думаю, чувство вины вас и так мучает, мои претензии здесь лишние. Какие есть предложения, по поводу защиты от дождя.
-Я бы для начала выяснила, что это вообще такое и для чего существует, и только потом искала бы радикальные методы борьбы. А временные у нас и так есть. Не думаю, что мы сейчас, сидя в этой палатке, сможем так сходу сообразить что-то принципиально новое. – Неллия продолжала борьбу с непокорными волосами, но это не мешало ей четко мыслить. – Наша основная проблема в отсутствии оборудования, орудий труда и инструментов. Мы должны быть готовы к совершенно примитивной жизни. Очень нескоро мы вернем человечество на тот уровень, с которого мы его сбросили. Если, конечно, сможем выжить... В этой связи очень важно найти способ зафиксировать те знания, которые есть у нас в головах.