Десантная партия уже получила приказ к высадке на берег, когда от пристани отчалила шлюпка с красно-золотым флагом испанского короля. Шла она с такой скоростью, что, наверное, ее гребцам было трудно дышать. В роли эмиссара выступал офицер, который, подчиняясь приказу коменданта президио дона Хосе Аргуэльо, отважился подойти и выяснить намерения этого фрегата, держащего гавань под угрозой своих пушек. Приведенный к Бонапарту, он поклялся, что все захваченные английские пленные некоторое время назад были уже освобождены.
Наполеон вонзил в испанца взгляд холодных серо-голубых глаз.
- А по-моему, сэр, вы всего лишь мерзавец, если передать мне такое. И повернулся к лейтенанту Пауэллу.
- Возьмите мою гичку и охрану, разыщите его превосходительство коменданта и потребуйте от него прямых ответов на два ясных вопроса. Первое, узнайте у его превосходительства дона Хосе, не находятся ли Испания и Англия в состоянии войны.
- Слушаюсь, сэр.
- Второе, если наши страны не находятся в состоянии войны, тогда почему были задержаны наши суда?
- Слушаюсь, сэр - лейтенант подозвал мичмана Кина, горниста и шестерых здоровенных морских пехотинцев.
- Никакого состояния войны не существует,- доложил Бонапарту через полтора часа Паузлл - или, по крайней мере, так клянется комендант дон Хосе Аргуэльо. Далее он заявил, что, хотя мы вторглись во владения его католического величества, он считает себя слишком незначительным подданным, чтобы брать на себя ответственность за начало военных действий. Комендант, - ухмыльнулся Пауэлл, - был совершенно поражен тем, что английский корабль осмелился на это в одном из портов короля Карла IV.
Теперь было ясно, что на юг уже поскакали курьеры с сообщением об этом неслыханном оскорблении достоинства Испании. Переговоры между Аргуэльо и Бонапартом происходили на набережной, довольно далеко от стоянки 'Пандоры'., Наполеон прямо потребовал немедленного освобождения всех пленных, со своей стороны он, как капитан короля Георга обещал, что Сан-Блас больше не пострадает. Изо всех сил старался оставаться вежливым комендант склонил свою лысеющую голову и расстался с ним, бледный от унижения. Тем временем появилась согреваемая солнцем колонна шумных довольных пленников. Осунувшиеся, лохматые, с гноящимися от оков ранами, они на слабых ногах пытались приплясывать от радости. Дойдя до причала и видя своего освободителя, многие тянулись поцеловать руку этому невысокого роста, но властного вида человеку. Хотя и явно довольный, Бонапарт не позволял приносить себе такую дань благодарности. Со стороны гавани прибежал посыльный с 'Пандоры'.
-Мистер Уайт, сэр, почтительно просит вас немедленно вернуться на корабль. Первый лейтенант Уайт встречал Бонапарта на палубе у трапа.
- Сэр, штурман корвета рассказал, что на этой неделе из Акапулько выйдет фрегат 'Консепсьон' с королевской почтой и Реал Ситуадо. Офицеры обменялись взглядами, Бонапарт изо всех сил пытался скрыть возбуждение.
- А что капитан, дон Хосе Робредо? - Мистер Пауэлл приведите его.
Глаза пленника ошарашенно вращались в глазницах и он, задыхаясь, произнес
- Дьявольское проклятие на всех вас, чертовых англичан! Вы, проклятые еретики, зря сюда плыли. Наши берега охраняют Святая Дева и ее ангелы.
- Боюсь, сэр, что с этим пожирателем чеснока говорить бесполезно, сэр.
- Думаете, что штурман говорит правду?
- Мы допросили по отдельности некоторых из членов экипажа. Описание фрегата, название и примерная дата отплытия, все совпадает.
- Вот как? - Мистер Уайт, прошу вас приказать десантной партии немедленно вернуться с берега. Я намерен нанести еще один визит.
Репутация испанских корветов была невысока, в Королевском флоте они считались медлительными и неповоротливыми, но чтобы не оставлять 'Любимицу' испанцам, Бонапарт приказал поджечь ее, полив палубу смолой. Пленникам были даны две трофейные лодки, чтобы они могли добраться до берега.
Клубы черного дыма, охватившие 'Любимицу', несло к песчаному пляжу, на котором столпились испанцы,наблюдая как догорает их корабль. Едва успели развернуть паруса, как Пандора, покачиваясь, сразу направилась к выходу из гавани. Фрегат взял курс на Де-Сантьяго-де-Матанчел, открытый залив, защищенный от преобладающих в этих краях северо-западных ветров и находящийся восточнее порта Сан-Блас.
Еще на пути от Барбадоса 'Пандора' показала себя с лучшей стороны, если оставить в стороне штормы и капризы ветров, это достижение можно вполне отнести на счет рвения команды, достигшей наивысшей степени выучки. Участие в бою дало большой сплачивающий эффект и любой приказ выполнялся едва ли не быстрее, чем бывал отдан. К утру поднялся свежий бриз, дувший не переставая. Шли быстро, выжимая из парусов все, что можно, день за днем фрегат отмерял по две сотни миль. Бонапарт часами сидел у себя в каюте, размышлял над картой, чертил на ней линии и бормотал что-то.
- Так, - наконец сказал он и обвел карандашом точку на скрещении сто девятого градуса западной долготы и десятого северной широты.
