- О, нет! Для меня честь, капитан Бонапарт!
- Вы обязательно расскажете, как всё происходило! За ужином!
К изумлению Бонапарта, принц обнял его за плечи и увлёк за собой. Отец принца, Георг III в 1789 начал страдать болезнью, несущей с собой помутнение разума. Брат принца, герцог Кларенс, занимался флотом, политиканы, поддерживающие принца Уэльского, распоряжались военным министерством. Принц Йоркский не распоряжался ничем, но влияние имел. О том, что между ним и его братьями пробежала кошка, в Британии не слышал только ленивый.
- Вильям считает, что флот принадлежит ему одному, - как ни сдерживался принц, в голосе его прозвучала злоба. - Что капитан жарким выдался тот денёк, когда мы захватили Консепсьон?
- Очень жарким, сир. Принц пихнул Бонапарт локтем:
- Здорово мы их тогда! А, капитан?
- Здорово, сир.
-Кстати, повар у нас - француз! Каково, капитан?
Принц махнул лакею плеснуть ещё вина и хлопнул ладонью Бонапарта по плечу.
- Хотите в Средиземное море? Будьте уверены, вам подыщут линейный корабль. Вырваться от принца Бонапарту удалось лишь около четырёх утра, когда сели за карты, и он отговорился неумением играть.
Новым кораблем Бонапарта стал 64-пушечный 'Протей', построенный во Франции в 1772 и через восемь лет захваченный англичанами. Носовая фигура корабля изображала получеловека, полуживотное, то ли дельфина, то ли дракона. 'Протей' с двадцатью шестью двадцатичетырехфунтовыми пушками на нижней палубе, двадцатью шестью восемнадцатифунтовыми на верхней, дюжине девятифунтовок на квартердеке и на баке, имел бортовой залп в шестьсот фунтов. Его водоизмещение в 1 480 тонн при длине в 164 футов по оркдийной палубе было несколько больше стоявшего по соседству 'Агамемнона'. Оба корабля были предназначены в формируемый Средиземноморской флот, под командованием лорда Худа. С Уайтом на посту первого лейтенанта, Муном - в качестве второго, Робертсом - новым третьеим лейтенантом, заменившего Прайса, штурманом и несколькими штурманскими помощниками, 'Протей' был хорошо укомплектован офицерами. Брат Бонапарта - Луи, достигнув двенадцати лет, также готовился впервые выйти в море в качестве мичмана. Однако большое беспокойства Бонапарту доставляло то, что хотя удалось перевести на 'Протей' сотню моряков с 'Пандоры', вместе с морскими пехотинцами, юнгами, добровольцами и присланными осужденными, набиралось всего триста сорок три человека.
6 марта на рейд Портсмута пришел 74-пушечный корабль коммодора Джеймса Монтегю. Задачей отряда, в состав которого вошли 'Агамемнон' и 'Протей', было эскортирование судов Ост-Индского конвоя к югу, до 35-й широты. Далее конвой шел под охраной коммодора, а 'Агамемнон' и 'Протей' следовали в Средиземное море. Едва корабль бросил якорь, Монтегю пригласил своих капитанов на обед. Обычная вежливость, но Нельсон приглашениепроигнорировал.
- Передайте коммодору, что я не имею возможности его посетить, ибо мой корабль - мой дом. В отказе Нельсона сквозила обида не его, а Монтегю назначили командовать отрядом. Тот оскорбился, но при виде Бонапарта его лицо засветилось от удовольствия.
- Господи, как я рад вас видеть Бонапарт! - А ведь в Лондоне вас уже хоронили, но те, кто сражался против Сюффрена, знают испанцам это не по зубам. Сэр Ричард Кинг передавал вам наилучшие пожелания, держится он вполне молодцом.
Один за другим являлись офицеры, приглашенные к обеду. Штурман, как-то бочком вошел в каюту, поздоровался с выражением покорности судьбе на своем серьезном, красноватом, лице, какое бывает у пасынков флота. По правую руку Монтегю сел Бонапарт, а по левую первый офицер, штурман и доктор. Молодежь сидела на другой стороне стола, Коммодор поднял бокал с вином и, сидя, произнес традиционный тост в кают-компании корабля перед началом каждого обеда 'За короля!' Стол был обильный и вина превосходные. Монтегю зорко следил, чтобы все ели, и часто кричал, что у гостей пустые бокалы. Разговоры оживились к концу обеда, подали ликеры и кофе.
- Как только показался корпус вашего корабля, я понял, что это старина 'Протей' восстал из мертвых! - сказал Монтегю. - Рассказывайте, где же вас носило?
Когда вслед за Бонапартом офицеры стали откланиваться, веселый и довольный Монтегю, благодарил всех за посещение.
Пробили склянки, офицеры собрались в кают-компании 'Протея', радовавшей приятным уютным видом. Переборки и двери были отделаны панелями из красного дерева, дневной свет лился из широких кормовых окон на противоположной стене, там также располагались два небольших балкончика.
- Джентльмены, прошу занять свои места, - сказал Бонапарт, поглядывая в кормовые окна.
