- Я не задержу вас. Мне, как и вам, хочется, чтобы корабль как можно скорее вышел в море. Я желаю, чтобы вы проверили списочный состав и разбили людей на команды, новичков необходимо равномерно распределить вокруг знающих людей, пусть набираются опыта. Первый лейтенант заверил меня, что на корабле укомплектованы все вахты и службы, обязанности каждого расписаны. Фор-марс, грот-марс, бизань-марс, полубак и ют, также знать свое место у пушки под командованием дивизионного офицера.
Бонапарт ломал голову над тем, где раздобыть еще полторы сотни обученных матросов. У него сто семьдесят обученных моряков и еще сто семьдесят зеленых новичков. Шесть недель, и он бы сделал из них моряков и артиллеристов. К сожалению не исключено, что завтра же придется схватиться с неприятелем, при таком ветре французы не прочь будут поживиться отставшими от конвоя. Дул свежий ветер, ранним утром он был только свежим бризом, теперь же усилился. Небо посерело, серым было и море. Поодаль виднелись корабли Ост-Индского конвоя, стоявшие на якоре, пока Монтегю не сочтет, что ветер уже попутный.
- Приготовиться сняться с якоря! Все наверх!
Сначала флагман, а потом 'Агамемнон' и 'Протей', также идущие во главе конвоя, повернули бушприты в сторону Атлантического океана, вслед за ними тоже совершили все остальные. Суда один за другим выстраивались в колонну, растягивая или подбирая не полностью поднятые паруса, занимая положенное место. Не успели суда уйти с внешнего рейда Портсмута, как был отдан сигнал эскорту 'Занять свои места'. Монтегю возглавил конвой, а два других корабля шли с наветренной стороны от охраняемых судов, занимая самую выгодную позицию для отражения возможного нападения. Незаметно начался дождь накрывший корабли и суда пеленой мороси. Весь берег вдоль французских и испанских берегов Средиземного моря и далее по берегам Атлантики до реки Гвадиана был враждебен Англии. Затем, после перерыва португальским берегом, эта враждебная линия начиналась, опять у реки Минхо и шла по Бискайскому заливу вдоль французских берегов, вдоль Канала в Немецкое море.
Ночью, по обыкновению, паруса убавляли, что позволяло более тихоходным судам за ночь успеть догнать основные силы. При западном ветре скалистый полуостров с правого борта не сулил никакой опасности, но как только конвой выбрался из его прикрытия и миновал мыс Лизард, корабли стали то и дело зарываться форштевнем в набегавшие длинные волны. На рассвете Бонапарт вышел на палубу, по поверхности моря стлался легкий туман, корабли один за другим вырисовывались в утреннем сумраке.
- Прошу прощения сэр, Монтегю сигналит: - Протею покинуть конвой и найти отставшие суда, сэр!
- Вот оно, подумал Бонапарт,- многообещающее начало.
'Протей' развернулся, переваливаясь с носа на корму, под скрип блоков и тросов. Ветер дул свежими порывами. Верхушки мачт словно парили над палубой. Протей несколько часов шел сквозь редеющий туман.
- Два корабля с левого борта, на расстоянии около трех миль!
- Это 'Уорли' точно, сэр, и он потерял грот-брамстеньгу.
- За ним 'Хоуп', сэр.
- Передайте на 'Уорли', занять положение в миле с подветренной стороны. Бонапарт думал о том,что каперы, выйдя при закате солнца с попутным ветром из Сен-Мало, Дьеппа или Дюнкерка, достигали своего крейсерского района на рассвете. При таком ветре они смогут развивать большую скорость, нежели тяжелый двухдечный корабль и, под командой хороших капитанов, пара двадцатипушечных корветов будет серьезной угрозой. В любом случае пока придется идти под малыми парусами, неповоротливым и медлительным индийцам не угнаться за Протеем.
- Вижу парус! Парус прямо по курсу!
Вскоре с палубы Протея можно было разглядеть три больших гладкопалубных капера с корабельной оснасткой.
- Свистать всех наверх, - приказал Бонапарт. - К бою готовить!
По 'Протею' разнеслась дробь барабанов, матросы побежали занимать места по боевому расписанию. Палубы посыпали песком, матросы готовили помпы, выдвигали и убирали легкие переборки. Команда была сыровата, Бог знает, каких адских мук стоило Уайту найти матросов, но результат мог бы быть и хуже
Самый крупный из корветов нес двадцать четыре пушки, а два капера поменьше, по двадцать на каждом. Французы, уступая в весе орудийного залпа 'Протею', превосходили его маневренностью и численностью экипажа. Описав широкую дугу, они вышли на траверз и, вспенивая форштевнями воду, неслись в бакштаг. На гафелях реяли белые флаги с крыжем 'цветов свободы'. Борт шедшего первым корвета полыхнул пламенем залпа, облако порохового дыма пронеслось вдоль корабля. В следующий момент 'Протей', сильно кренясь под напором ветра, отвернул на несколько румбов вправо. Последовал еще один залп в его такелаж, тросы рвались с треском мушкетных выстрелов. Несколько мичманов пригнулись от ядер, просвистевших над головами, затем сконфуженно выпрямились. Француз быстро приближался.
- Пли! - завопил Мун. Его голос срывался от возбуждения, Мун не упустил свой шанс, и дал по корвету залп всем бортом.
- Всыпь им еще разок, ребята! - орал он. - Молодцы, ребята!
