— Судя по всему, мы движемся напрямую к Катализатору, той сущности, а точнее её урезанной копии, что и запустила циклы истребления всей жизни в галактике. Оно, конечно, было против, но я позволил себе немного посвоевольничать и перехватил контроль над частью систем.
— Перехватил контроль? Этого не может быть, — покачал головой Шепард, с трудом вставая на ноги, при этом стараясь не дать упасть старому другу и товарищу, — Жнецы, они не могли отдать тебе контроль, это ловушка.
— Неужели, проведя столько времени с Джейн, ты так ничего и не понял? — с едва различимой долей иронии, спросил Аггелос, — Для верного слуги Омниссии — нет ничего невозможного.
— Ты бредишь, — сказал израненный человек, — или уже попал под их контроль, — прохрипев это, Шепард потянулся за пистолетом.
— Интересная теория, — почти улыбнулся Аггелос, — но оставим её обсуждение на потом, мы почти прибыли.
Спиральная мембрана плавно разошлась в стороны, и лифтовая платформа оказалась в странном месте. Это был прозрачный купол, через который было прекрасно видно происходящее вокруг Цитадели сражение объединённого флота и Жнецов. Всполохи взрывов, отчаянные манёвры, героизм и самоотверженность тысяч существ, сражающихся за своё будущее, за будущее всей разумной жизни в галактике.
— Ты не должен здесь находиться, — голограмма маленького мальчика с укором смотрела на прошедшего мимо него техножреца, — ты…
Едва заметное движение пальцем, и голограмма замолчала, однако продолжила симулировать эмоции. Шок, неверие, попытка что-то сказать и гнев, направленный на одну единственную фигуру, что всё так же спокойно следовала к странному комплексу в центре купола. Небольшое, едва ощутимое подёргивание стало итогом стыковки Горна к Цитадели.
— Ничего не происходит! — раздался панический вопль неизвестного в наушнике Шепарда, — Чёрт, всё было зря! Мы погибнем! Мы обречены! Нет смысла сражаться! Мы сдаёмся!
Хор голосов продолжал звучать в его голове, даже когда он сорвал с неё наушник. Схватившись за голову, Шепард желал только одного, чтобы эти голоса замолчали. Внезапно, всё стихло.
— Какой проказник, — в голосе Аггелоса были слышны укоряющие нотки, — думаешь, что сможешь взять под контроль его тело и как-то помешать мне?
— Это неважно, — раздалось отовсюду, — цикл будет продолжен, нам на смену п…
— Хм, интересная система, — вновь заставил замолчать Катализатор, техножрец подошёл к небольшому терминалу, — главный пульт управления сетью ретрансляторов, то, что нужно. И, пока у меня есть время, — Агглелос повернулся к голограмме мальчика, что так и не исчезла, — стоит сообщить тебе неприятную новость — цикл не будет продолжен, все те корабли, и ваша основная база уже несколько месяцев как уничтожены. Те «жнецы», — в его голосе только глухой не услышал бы иронии, — что сейчас в галактике — это всё что от вас осталось.
— Что ты имеешь в виду под основной базой? — отойдя от воздействия Катализатора, спросил Шепард, — Что значит последние?
— Раз сегодня у нас вечер откровений, а безопасное установление контроля над всей сетью ретрансляторов дело небыстрое, я, пожалуй, отвечу на несколько твоих вопросов, — обшивка пола смялась и сложилась в некое подобие трона, — начнём с первого вопроса. Основная база Жнецов находилась всё это время в чёрном космосе на границе гравитационного колодца нашей галактики. Обосновались они на блуждающей планете, и было их там более миллиона, если считать все платформы. В галактику же отправилось примерно десять процентов от общей численности.
Осознав эту цифру, Шепард едва устоял на ногах, но тут же в его голове промелькнул лучик надежды, ведь этот Аггелос сказал, что уничтожил их.
— Всё верно, они больше не представляют никакой угрозы. Всех до единого, ни осталось никого и ничего, только обломки. Осталось добить остатки их флота и о «спасении через уничтожение» можно навсегда забыть.
— Мы… оберегали галактику, — прохрипел Дэвид Андерсон, — спасали её от тёмной материи что рано или поздно погасит все звёзды. Вы обречены.
— Уже нет, эффект массы пусть и интересный феномен, но есть и другие способы межзвёздных путешествий, намного более эффективные.
Цитадель мелко задрожала и от Горна разошлась видимая волна энергии, что, однако, так ничего и не изменила.
— Вот и всё, теперь можно приступать к финальному акту, — выйдя в центр помещения, Аггелос заложил руки за спину и замер в ожидании чего-то, — позвольте представить — Свет Терры, моё величайшее творение.
Стоило ему договорить, как в пространстве между двумя флотами появилось… нечто. Огромная станция, нет, невозможный корабль размерами не уступающий, а скорее всего и превосходящий Цитадель. Покрытый боевыми шрамами исполин, что появился внезапно и без предупреждения, мгновенно открыл огонь из тысяч своих орудий.
Жнецы, что уже начали теснить объединённый флот, стирались из реальности, меньшие корабли распылялись на атомы. Всего несколько десятков ударов сердца и битва на орбите была закончена.
