— Маловато будет. Придётся двух коней запрягать. На одном ты, на другом я. Дорога неблизкая, харчей придётся с собой брать. На обратном пути ещё и заночевать где-то придётся, опять расходы на постоялый двор.
По энергетике и интуитивно я ощущал, что этих денег ему за глаза хватит, чтобы окупить всю поездку в Дербент туда и обратно несколько раз. Да и Учитель чётко обозначил сумму.
— Ну что же, Саби-халу, очень жаль, что потратил ваше время. Пойду, поищу ещё кого-нибудь, кто согласится отвезти меня за эту скромную плату.
— Эй, погоди, парень, не горячись, — вовремя одумался Саби. — Раз уж Зара-хала тебе порекомендовала обратиться к нам, так и быть, сделаем скидку по знакомству. Отвезу тебя за эту цену. Давай сюда свой николаевский.
Я внутренне удовлетворённо улыбнулся, довольный, что Саби быстро одумался. Дорога предстояла неблизкая, искать другого извозчика и тратить драгоценное время не хотелось. Я протянул Саби пять золотых рублей, заранее приготовленных отдельно, дабы не светить лишний раз полной мошной. Саби взял монету, оценивающе взглянул и убежал в дом, бросив:
— Подожди, я скоро.
Минут через десять отворились ворота, и Саби вывел двух оседланных, готовых к поездке, коней. Я не разбирался в породах, но мне они показались просто красавцами. Удивительная грация и мощь, достойные кисти художника, соединились воедино в само совершенство. Один конь был лимонно-рыжей масти, почти апельсинового цвета, с длинной шеей и белой звездой во лбу, а второй — с шеей покороче, с более притупленной мордой — был чубарым (тёмно-серые пятна на светло-сером основном фоне). Высокие, стройные, ладные, с лоснящимися от ухода телами кони в нетерпении гарцевали почти на месте, то и дело взмахивая головами с длинными кудрявыми гривами, и, шумно раздувая ноздри, дышали. Они вызывали во мне восхищение и восторг. Но едва я приблизился, как кони начали недоверчиво коситься на меня с немым вопросом: «И этот на нас поедет верхом?» Похоже, они не видели во мне всадника, а потому, словно по команде, в недовольстве прижали к головам подрагивающие уши. По их презрительным в мою сторону взглядам я понял, что предстоит некоторая борьба авторитетов.
— Так, тебе чубарый Аман. Он чуть спокойнее. Рыжий Сари мне. Этот хулиган точно попытается сбросить. Давно в седле был? — спросил Саби.
— Очень давно. Пару раз в детстве и всё.
— Ну, тогда Аман точно твой. Пойдём шагом, небыстро, ни к чему коней загонять. Успеем. С одним привалом к ночи должны добраться.
Я вскочил на спину Аману, Саби оседлал Сари. И мы тронулись в путь. Как я и предполагал, Аман, не чувствуя во мне хозяина, периодически пытался брыкаться, уходил в сторону с пути, проносил меня под ветками деревьев, чтобы ветви хлестнули в лицо, при этом успевал сорвать и пожевать пару листьев. В общем, вовсю показывал своё пренебрежение и неповиновение седоку. Саби посмеивался, глядя на меня, и наслаждался проказам своего питомца. Я же продолжал безмолвную борьбу с конем, пару раз сжимал его коленями, мягко намекая ему о субординации, натягивал крепче удила, пытаясь приструнить, но конь упорно делал вид, что не понял и продолжал капризничать и хулиганить. Тогда я астрально надел на себя образ огромного мощного воина в латах, глаза мои вместо зелёных стали красно-огненными. Аман вытаращил глаза, испуганно всхрапнул от внезапной перемены седока и смиренно зашагал вперед. Видимо, понял, что его наездник не так прост и шутки с ним плохи.
За всю дорогу мы дважды сделали короткие привалы, минут по пятнадцать. Сами кости подразмяли, которые затекли от долгого напряжения в седле, коней накормили, напоили. Моя ежедневная отработка позы всадника здорово помогла. Иначе ноги просто отваливались бы от усталости и непривычной верховой езды. Ехали мы не спеша, было время подумать и заодно осмотреть окрестности. Поля, подлески, горные хребты вокруг — в этом плане пейзаж мало чем отличался от картины привычных мне мест. Разве что здесь я был впервые. Хандра, накрывшая меня чёрным пологом во время отъезда из дома Учителя, уже спала. И на душе стало свободно, даже появилось возбуждённое предвкушение новых событий, мест и обстоятельств.
Маг вносит в себя новые неизведанные потоки Мироздания с помощью магических инструментов — Таро, рун, энергий божеств. Но и получение нового опыта на физическом уровне меняет нас, вносит в нас свежие, доселе неизвестные виды энергии или изменяет уже имеющиеся. В общем, я не индульгировал, погружённый в меланхолическое переживание, нет. Семь лет тренировок, достижение уровня адептатства дали свои плоды: мой уровень самоконтроля был на высоте. Откинув прошлое в положенное ему место, я пребывал в настоящем, заглядывая за край будущего. Я открыл своё символическое забрало и поднял взгляд, готовый встретить будущее лицом к лицу, каким бы оно ни было. Я верил безоговорочно своему Учителю, да и моя интуиция подсказывала, что всё будет так, как запланировал мой Дух, то есть в любом случае будет дополнительное ускорение моему развитию.
