За разговором супруги дошли до дачи. Солнце заходило, красные лучи пробивались сквозь кроны мачтовых сосен. На дощатый забор падали причудливые тени. Со стороны Ярославского тракта донеслось громкое гудение и треск — по дороге ехал автомобиль. Легковые машины, "моторы", как их обычно называли, пока оставались редкой диковинкой, причудой самых экстравагантных богачей, примерно, как в двадцать первом веке личные вертолеты. Интересно, какой богатей сейчас катит? Открытый автомобиль свернул в переулок и остановился перед дачей "Вильямсов". Ма Ян и Ростислав с удивлением узнали в шофёре Андрея Вельяминова. Молодой инженер вылез с довольным видом, обошел машину и помог выйти Ольге. Курсистка поправила растрепавшуюся прическу и разразилась тирадой, совсем не подобающей молодой интеллигентной даме.
— … этот… вздумал испытывать своё…. изобретение на собственной жене! И не возражай! Твой мотор был бы очень полезен разве что Торквемаде или Малюте Скуратову. Извини, Машенька, я сама не пойму, как не вырвала все волосы этому извергу. Пардон, товарищ Вильямс.
— Что случилось? — в один голос спросили Ма Ян и Ростислав, разглядывая не на шутку разозлившуюся курсистку.
— Никогда не поймешь, что нужно женщине, — сокрушенно сказал Андрей, поднимая капот. — Оленька давно интересовалась моим изобретением — усовершенствованным двигателем внутреннего сгорания. Кстати, уважаемый мистер Вильямс, должен поблагодарить вас за мысль насчет химических добавок к бензину, препятствующих его преждевременному воспламенению при высоком сжатии. Химики из университета по моей просьбе изготовили раствор этил-свинца в броме. Действительно, проверка на стенде показала, что при добавлении этой ядовитой жидкости в обычный бензин самопроизвольное воспламенение наступает только при очень высокой степени сжатия.
Ростислав с трудом смог вспомнить разговор, в ходе которого обмолвился прадеду об увеличении детонационной стойкости бензина с помощью этилирования. Понятие октанового числа еще не использовалось, но Андрей запомнил состав и уловил суть идеи. Физик подошел поближе к машине. Открытая кабина, огороженная лишь ветровым стеклом. Сиденья жесткие, не слишком удобные. Руль больше похож на корабельный штурвал. Снизу — клепаная рама из стального катаного профиля. Колеса большого диаметра со стальными спицами, пневматические шины. Привод на задний мост, передача цепная, как на мотоцикле. Но при этом четырехцилиндровый двигатель очень похож на газовский, совсем из другой эпохи. Габариты для начала двадцатого века кажутся скромными, сейчас обычен чудовищный литраж. Ростислав припомнил, что даже у сконструированного позднее "руссо-балта" объем двигателя был, как у тяжелого грузовика, а мощность — как у "оки".
— Со сжатием или без сжатия, — заявила успевшая отдышаться Ольга, а вытряс мой муженек из меня сегодня всю душу. Я-то думала, что его мотор примерно такой же, как немецкие. У этой задаваки Китти Игнатьевой "бенц"…
С очаровательной легкостью Оля перескочила с автомобильных проблем на разговор об однокласснице по гимназии, набитой дуре с графским титулом, третировавшей соученицу из рабочей семьи. Ныне Китти была замужем за немолодым полковником-интендантом, владельцем большого имения в Полтавской губернии и роскошной дачи в Джамгаровке. Полковник заведовал армейскими складами Мыза-Раево, неподалеку от Красной Сосны. Должность представляла собой откровенную синекуру и позволяла вести светский образ жизни, перевалив хлопоты на подчиненных. Часто скромный интендант проводил вечера в престижном клубе за карточной игрой, спуская суммы, поражающие даже замоскворецких купцов. Полковник с супругой разъезжали по улицам Лосинки в дорогом немецком автомобиле с невероятной скоростью тридцать верст в час.
— Понимаете, мистер Вильямс, — снова вмешался в разговор Андрей, — я собирался было показать машину вам сегодня днем в заводских мастерских, но беседа с рабочими активистами несколько затянулась. А тут Оля опять увидела Китти в авто, приехала на завод почти сразу после вашего ухода и потребовала, чтобы я прокатил ее по Москве.
— Да, чтобы прокатил, а не измывался! Только умалишенный может ехать с такой скоростью, быстрее курьерского поезда.
— Зато я убедился, что новый двигатель обеспечивает на прямой дороге скорость в сто сорок верст в час, — изобретатель флегматично ответил жене. — По сравнению с моим автомобилем хваленый "бенц" твоей Китти — просто раскрашенная черепаха. Только мне еще надо тормоза немного усовершенствовать.
При упоминании триумфа над Китти Ольга быстро успокоилась и повеселела. А Андрей с гордостью продолжил демонстрацию новой машины…
Тем временем Ма Ян внимательно осмотрела двигатель и сказала:
— У вас на сегодняшний день лучшее в мире соотношение мощности и веса. Лучше, чем у братьев Райт, хотя здесь водяное охлаждение, а не воздушное. Вы не думали поставить свой мотор на аэроплан или сделать специальный авиационный двигатель?
