Эстратаин советовал алайтокцу воздержаться от излишних расспросов о прошлом Маэнсит, поэтому Арадриан держал язык за зубами и сдерживал любопытство, пока женщина объясняла им внутреннее устройство звездолета. Единственным существенным отличием «Фаэ Таэрут» от «Лаконтирана» оказались боевые отсеки и купола. Батареи орудий, идущие почти по всей длине корабля на средних палубах, включали в себя несколько десятков высокоэнергетических лазерных турелей при поддержке ракетных комплексов ближнего боя для противостояния абордажам. Пока шла экскурсия, начавшаяся сразу после того, как крейсер снялся с якоря и направился в Паутину, встреченные космолетчики почтительно кланялись капитану и её гостям. Изгой раньше не видел ничего подобного, ни на Алайтоке, ни за его пределами.
— Весь ваш экипаж состоит из комморритов? — спросил Арадриан, немного нервничая в такой компании. Странники вернулись за вещами в посадочный отсек; им отвели каюты рядом с капитанским мостиком, вместе с офицерами отряда наемников.
— Их всего горстка, — ответила Маэнсит. — По большей части, здесь такие же изгои, как и вы, которые ищут смысла и азарта в жизни. Неразумно держать в экипаже слишком много кабалитов, если ты больше не служишь архонту.
— Кабалитов? — алайтокец впервые услышал это слово.
— Если пожелаете, я могу рассказать вам о кабалах Комморры, о культах ведьм и инкубах Темного Города, но чуть позже. Мне и моим пилотам нужно поговорить с Финдельситом касательно нашего путешествия.
— Это ваша первая вылазка в Темную Пропасть? — поинтересовался Джаир.
— Да, хотя в прошлом я близко подходила к её внешним границам, — Маэнсит успокаивающе коснулась руки Арадриана, заметив, как встревожился он при этих словах. — Я могла бы сказать, что не нужно бояться, но это стало бы ложью. Мы отправляемся в опасное место, не стану отрицать. Впрочем, я и мой экипаж прошли через множество боев и переделок, поэтому вы в надежных руках.
Кивнув на прощание, женщина зашагала прочь. Остановившись под арочным проходом с лётной палубы, она обернулась к изгоям.
— Мы все неплохо разбогатеем на этой экспедиции, помяните мое слово!
Когда капитан ушла, странники поднялись на борт «Ирдириса» забрать свое имущество. Оказавшись в главном коридоре, Афиленниль схватила Арадриана за руку.
— Не верь красивым глазкам и дружелюбной улыбке, — предупредила она. Алайтокцу показалось, что этот выпад частично вызван ревностью, хотя раньше женщина отвергала единоличные романтические притязания на Арадриана или кого-либо ещё.
— Я сужу по делам, — ответил изгой, накрывая ладонь Афиленниль своей собственной. — Приятно видеть, что ты всё ещё заботишься о моем благополучии.
— Вспомни это, когда мы окажемся в сердце Великого Врага. Чтобы вернуться оттуда, нужно сохранять единство.
Арадриан кивнул, вспомнив, каким курсом они идут, и какой адский у них пункт назначения.
Придерживаясь основных магистралей Паутины, «Фаэ Таэрут» быстро приближался к Оку Ужаса. Во время странствия разномастные участники экспедиции почти не пересекались, так что изгой редко видел арлекинов или наемников. Когда Арадриан выбирался из общей с Афиленниль каюты, то всегда поражался одной вещи: все члены экипажа несли вахту с оружием. У каждого наемника или наемницы, которые попадались ему, на поясе висели пистолет и клинок.
Позже, когда пассажиров пригласили отужинать с Маэнсит, изгой поделился наблюдением с капитаном. Джаир, Каолин и Афиленниль тоже присоединились к комморритке и нескольким её лейтенантам в столовой, которая больше напоминала бальный зал на Алайтоке, чем кают-компанию боевого корабля. На потолке сияли кристаллы, озаряя гостей красным, золотым и багряным светом, а под ногами у них лежал толстый ковер с рисунком из черных роз на зеленовато-голубом фоне; нефритовые стебли цветов переплетались, образуя гипнотические узоры.
Меню тоже оказалось намного лучше, чем на «Ирдирисе» или «Лаконтиране». Было подано мясо, приправленное изысканными специями, свежие фрукты и галеты, слегка поджаренные сладкие хлебцы и чаши с ароматным овощным супом. Ужин проходил за овальным столом, где хватило бы мест для вдвое большего количества гостей, кушанья лежали на золотых и серебряных блюдах, поднимался парок над изящными керамическими тарелками, и эльдар то и дело передавали друг другу графины с вином и соками.
— Это необходимая предосторожность в нашем положении, — объяснила Маэнсит. — Полезно привыкнуть к весу меча на бедре и, на всякий случай, всегда держать оружие под рукой. Паутина, что бы ты ни думал о ней в прошлом, небезопасна, и направляемся мы далеко не в тихую гавань.
— Думаешь, и нам стоит вооружиться? — спросил Арадриан и пригубил ярко-лазурного вина из хрустального бокала с ажурной каемкой из белого золота. Только сев за стол, странник понял, что многое из обстановки и подаваемых кушаний, несомненно, было добыто пиратством, или, в лучшем случае, приобретено на доходы от не очень чистых делишек. Впрочем, это не повлияло на аппетит изгоя, раздразненный гулянками в Кхай-дазааре.
