Тем временем Гарри ничего об этом не знал. Вскоре после того, как лакей ушел, он распрямил плечи, расправил воротник и отправился каяться сэру Эдмунду. После нескольких первых предложений отец нетерпеливо прервал его:
– Что такое со всеми вами? Десять минут назад я отправил Джеймса разузнать. С какой стати это твоя вина? Послушать вас, так можно подумать, будто вся семья сговорилась, чтобы удержать этих детей дома.
– Ну, на самом деле мы не сговаривались, сэр, но боюсь, именно так им могло показаться.
– О, чушь, – сказал сэр Эдмунд. – Вздор!
К тому времени, когда лакей вернулся, прием был в полном разгаре. Ему хватило соображения отозвать сэра Эдмунда от гостей, прежде чем сообщить тревожные новости о том, что Алекс и Сесилия рано выехали и должны были прибыть в Арнфорт за два часа до обеда.
– Мисс Гатли вне себя, сэр, поскольку вскоре после их отъезда пошел снег. Она боится, они заблудились, сэр.
– И не без оснований, полагаю, – ответил сэр Эдмунд и поспешил в свой кабинет, чтобы выкурить сигару и подумать.
Как только сигара была зажжена, он вспомнил слова Гарри и позвонил, снова вызывая Джеймса.
– Приведи сюда немедленно всех моих детей. Шарлотта тоже мне нужна, но не Чарльз Фелпс. Они все должны прийти, чем бы они ни занимались.
Когда Джеймс ушел, сэр Эдмунд представил, как сообщает Джозии новости, и чуть не раскусил сигару пополам.
В те дни отцы редко упоминали о коммерческих делах, так что никто из Корси не знал, как они должны быть благодарны Джозии. Будучи таким же ленивым, как Мартин, сэр Эдмунд позволил впутать свои деньги в нечто похуже обычной неразберихи. Некоторое время назад Джозиа случайно это обнаружил и с тех пор пытался привести дела сэра Эдмунда в порядок. Но они находились на грани с безнадежностью и достигли той стадии, когда исключительно от работы Джозии в Лондоне зависело, останутся ли к концу недели у Корси деньги вообще. На самом деле, сэр Эдмунд надеялся самое большее на то, что удастся сохранить достаточно денег, чтобы в конце января благополучно выдать Шарлотту замуж. После этого он подумывал переехать. И теперь, когда ему так необходима была помощь Джозии, его семья, похоже, каким-то образом умудрилась потерять детей Джозии.
Придя в кабинет, все, кроме Шарлотты, выглядели испуганными и покорными. Шарлотта дулась на то, что ее оторвали от Чарльза, когда она была прекрасна, как никогда, но даже она забыла про плохое настроение, когда сэр Эдмунд сообщил им, что случилось.
– Я сейчас потеряю сознание, – произнесла она, но никто не обратил внимания.
Вся история вышла наружу, и сэр Эдмунд испытал облегчение, узнав, что речь не идет о чем-нибудь похуже. Сюзанна и Гарри рассказали свою часть. Лавиния, Эмили и Шарлотта признались, что называли Алекса дурачком, а Мартин согласился, что с его стороны было бесцеремонно отчитывать Алекса в довершение всего остального. Терявший надежду снова увидеть Сесилию Эгберт удивил всех, заявив:
– Мы все – гнилой гадкий снег. Надо выслать поисковые отряды. Никогда после этого снова не появятся в Арнфорте, а?
Но сэр Эдмунд еще не закончил с ними. Еще десять минут он объяснял, что думает, и большинство сказанного предназначалось для Гарри. Гарри с трудом сдерживался, чтобы не заплакать, а Сюзанна от души рыдала. Выговор производил гораздо большее впечатление от того, что сэр Эдмунд, в отличие от Джозии, не был отцом, любящим нравоучения и впадающим в ярость.
Затем отправили поисковые отряды, и Рождественский прием заглох. Гарри и Сюзанна были этому очень рады. Они смогли, прихватив свечку, уползти в дальний угол бельевой и всё обсудить.
– Думаю,
– Но мы не знаем, куда они делись. Они могут быть где угодно. Подожди, посмотрим, что обнаружат поисковые отряды.
Однако они продолжали говорить, пока Сюзанна не вспомнила, как два года назад Сесилия сбежала через заводь. Гарри посмотрел на нее, и по его телу от макушки до пяток прокатилась пульсирующая дрожь.
– Нам надо пойти посмотреть плывуны, Сюзанна. Давай сходим до того, как станет светло, тогда мы доберемся туда раньше, чем об этом подумает кто-нибудь еще. Это меньшее, что мы можем сделать.
Они отправились спать очень поздно, когда поисковые отряды вернулись с пустыми руками, и по крайней мере Сюзанне снились ужасающие сны про Диких Всадников – про сотни Всадников. Гарри так и не рассказал, что ему снилось, но когда ранним утром они встретились снова, при свете свечи Сюзанны он был белым, как простыня. Первым делом он пошел в оружейную и позаимствовал один из тяжелых богато украшенных револьверов сэра Эдмунда. И убедился, что он заряжен. Затем он оседлал свою лошадь и помог Сюзанне с ее пони, и они выехали, на ходу жуя хлеб с сыром.
Они добрались до заводи, когда солнце поднялось за холмом Хорнби. Прилив как раз заканчивался, и от устья дул резкий ветер. Гарри с облегчением увидел появившиеся перед глазами черные пески и серо-белый снег. Они с Сюзанной оба начисто забыли про море.
