Путь Эверарда (ЛП) полностью

Алекс был удивлен. Он и вообразить не мог, что имеет на Джозию хоть какое-то влияние. Он не мог в это поверить. Он посмотрел вдаль на Сесилию. Она прошла почти полпути до точки, где русло реки пересекалось со скрытой дорогой.

– От меня была бы польза? – спросил он.

– О, да, – ответил Гарри. – Эверард посылал за нами, чтобы убедить нас поговорить с тобой, но Сесилия не хотела, чтобы тебя беспокоили. Она боялась, ты умрешь, если мы будем докучать тебе с этим, и Роберт согласился с ней.

– О! – произнес Алекс.

– Но, – сказала Сюзанна, – мы полагаемся на тебя теперь, поскольку тебе придется вбить это в голову твоему отцу. Мы думаем, он не поверит в то, что произошло. Мы боимся, придется ему сказать, что Сесилия утонула в плывунах.

– Нет, – сказал Алекс. – Я попытаюсь рассказать ему правду.

Он встал, засунув руки в карманы, и снова посмотрел вдаль на Сесилию. Теперь она была почти у русла. Внезапно он испугался, что она в самом деле утонет. «Почему я не остановил ее?» – подумал он.

– Вот он подъезжает, – сказал Гарри, указывая на остров.

Алекс посмотрел на группу голых деревьев. В этот самый момент из-за них медленно вышла лошадь. Солнце поймало золото на ее уздечке и вспыхнуло на длинном оранжевом плаще всадника. Конечно, это был Роберт. Он ехал по дороге в таком темпе, что должен был добраться до Сесилии как раз в тот момент, когда она дойдет до реки.

– Отдай Алексу прочитать письмо Эверарда, пока мы ждем, – сказала Сюзанна Гарри.

Гарри улыбнулся. Он достал из-под пиджака небольшой свиток и с медленным изысканным поклоном протянул его Алексу.

– Письмо от князя, мой лорд, – сказал он и засмеялся. – Тебе повезло стать с ним такими друзьями, Алекс.

Свиток был скреплен большой зеленой печатью. Поскольку Алекс не привык к подобным письмам, у него ушло некоторое время на то, чтобы снять печать. Он развернул великолепие нарисованных леопардов, львов и геральдических лилий, теснящихся в верхней части пергамента. Круглый ученический почерк Эверарда выглядел под ними немного неуместно, несмотря на то что буквы были написаны не так, как написал бы их Алекс. Эверард писал:

«Приветствую Алекса Хорнби.

Я дал мое согласие на брак Роберта с твоей сестрой. Надеюсь, ты заменишь своего отца и дашь свое согласие, поскольку отказом ты разобьешь их сердца. И когда тебе станет лучше, ты должен отправить Гарри Корси сообщить мне, когда ты придешь на остров. Я хочу с помпой встретить тебя в конце гати. Ты должен прочитать все наши новые законы, которые я составил в точности, как мы планировали, и высказать свое мнение. Я подожду с их выпуском, пока ты их не увидишь. Пожалуйста, поторопись и выздоравливай.

Everard, Princeps Insulae Terrae Transmarinaeque".[10]

Закончив читать, Алекс улыбался. Его охватило тепло, которое чувствуешь, когда испытываешь глубокое облегчение, и ему захотелось расстегнуть пиджак.

– Эверард тоже был болен, – сказала Сюзанна, увидев, что он закончил читать, – но далеко не так тяжело, как ты. Не вздумайте оба еще хоть раз в жизни есть сосульки. Я запрещаю.

Алекс рассмеялся. Он обнаружил, что ему нравится ее манера диктовать. Потом они посмотрели на заводь. Роберт как раз доехал до Сесилии. Он склонился с седла, и они едва-едва могли разглядеть, как Сесилия кивает.

– А теперь, – сказал Гарри, – тебе надо возвращаться на ферму, Алекс. Мы с Сюзанной должны поехать за ней и прибыть слишком поздно.

Они поднялись по гальке к лошадям Корси. Прежде чем Сюзанна и Гарри вскочили в седло, все трое снова посмотрели на заводь. Сесилия сидела в седле перед Робертом, и они ехали через плывуны на фоне ясного голубого неба. Оба, счастливые, энергично махали. Алекс, Гарри и Сюзанна помахали в ответ, и Алекс вздохнул.