Наш современник Саша Артамонов волею случая оказывается на войне. Да еще на такой войне, где бои идут на мечах, а в качестве транспорта выступают кони. Саша историк, он видит, что ни оружие, ни тактика, которые используют его новые товарищи, не приносят успеха. Стоять в стороне или помочь? С его опытом и знаниями многого можно добиться. И не беда, что противник — это огромные дикари, управляемые таинственными шаманами… Знания и талант помогут отстоять королевство! Но при этом Арту придется пройти путь от рядового до генерала.
Масляные лампы отбрасывали неровные блики на стены таверны и заставленные едой столы. В колеблющемся свете лица веселящихся завсегдатаев и случайных посетителей выглядели порой весьма причудливо. Скорее всего, это объяснялось игрой теней: не может же окружающий мир и в самом деле быть таким странным.
— Хозяин, еще пива! — проорала компания за ближайшим к выходу столом, дружно затянув бравую застольную песню.
Пиво было подано. Расторопная служанка фланировала по залу, уворачиваясь от желающих шлепнуть ее по заду. От этого ее траектория была похожа на замысловатые кривые. Как девушка умудрялась не расплескать содержимое больших глиняных кружек, оставалось большой тайной, известной лишь ей одной.
В углу слышался мерный стук игральных костей, время от времени прерываемый возгласами досады или восторга. Один из завсегдатаев пытался всучить подвыпившему небогатому купцу «самую настоящую» карту местонахождения клада. Просил он за нее «всего» два золотых, клятвенно заверяя, что сокровища, к которым она ведет, бесценны.
В общем, все, как обычно в подобного рода заведениях. Рабочие будни трактира среднего пошиба.
— Стража!
Это слово заставило притихнуть крикунов. По крайней мере, примолкли те, кто был достаточно трезв, чтобы осознать, что шум и крики безопаснее на время оставить.
Суровый десятник под два метра ростом закрутил ус и прошел к стойке. За ним последовало пять сопровождающих его стражников.
— Как дела, Сурок?
Хозяин кабачка заискивающе улыбнулся. Десятник Бонкр был из бывалых воинов, в свое время ему довелось участвовать во многих битвах на рубежах королевства. Сейчас же утихшие на время сражения заставили многих из ветеранов искать новое применение своим способностям: боевые легионы расформировывались.
— Все хорошо, эр Бонкр, — поспешил заверить кабатчик.
— Дай ребятам по паре кружек пива. В горле пересохло, пятый час в патруле.
— Сию минуту, эр. Пиво за счет заведения.
Кабатчик отодвинул в сторону бочку, наливая пиво из той, что стояла за ней.
Бонкр сделал едва заметный жест, и молодой стражник, прихватив кружки, направился к столу, за которым расположилась небольшая компания.
— Вот такой он и был, мне ли не знать. Я не раз помогал генералу Арту. Бывало, позовет он меня к себе и совета моего просит. — Рассказчик замолчал, обвел взглядом сидящих за столом и спросил: — Кто еще купит пива ветерану легиона?
Бонкр нахмурил брови и тоже проследовал туда, где сидел говорун. Схватив «бывшего легионера» за шкирку, гигант приподнял его над стулом и прорычал:
— Из ветеранов, говоришь?!
Рассказчик беспомощно трепыхался, стараясь освободиться.
— Эр стражник, ты поднял руку на ветерана, — пропищал тот тоненьким голосом.
— Брысь отсюда! И не смей марать честное имя легионера! Таких, как ты, Арт на дух не переваривал и к легиону близко не подпускал! Если я еще раз услышу сказки про своего командира, пеняй на себя!
Рассказчик припустил к двери. Уже у входа он остановился и выкрикнул:
— Где он, ваш генерал Арт? Нет его больше!
Бонкр бросил на неудачливого пройдоху гневный взгляд, и тот поспешил скрыться за дверью.
— Чего им неймется! — прогрохотал великан. — Можно подумать, больше поговорить не о чем. И ладно бы об этом говорили бывшие легионеры, так нет, каждый выпивоха хочет выставить себя чуть ли не правой рукой генерала Арта!
— Эр десятник, а ты и правда служил под его командой? — спросил тот стражник, который был помоложе.
— Служил. От начала и до конца. Бывало, разговаривал с ним вот как сейчас с тобой. Но врать не буду, советов ему не давал. — Бонкр улыбнулся, отчего его простоватое лицо приобрело немного странное выражение. — А вот Арт выручал меня, и не раз. И не меня одного. Эх, да что там, таких командиров мне больше встречать не приходилось…
— Командиры все одинаковые. Их дело командовать, наше — подчиняться.
— Может, и все, но только не этот. Поверь: если потребуется, я жизнь за него отдам не задумываясь.
— Это ты, эр десятник, хватил, — сказал стражник, что был чуть постарше. — Жизнь — она у всех одна.
— Жизнь одна, и она у всех разная.
— Должно быть, ты обязан генералу Арту многим, поэтому так и говоришь. Но все же ты погорячился.
— Да, обязан. И не только я один. Жизнью? Если бы только это! Арт не только спас мою шкуру, он помог мне почувствовать себя человеком. А это дорогого стоит!
— Все мы человеки. Разве не так?
— Эх, тебе не понять! — Бонкр махнул рукой. — Человек — это тот, кто может смело смотреть в глаза своему отражению в зеркале! Так Арт говорил.
— Повезло тебе, эр десятник, — сказал со вздохом молодой стражник.
— Повезло. И не мне одному. Многие из легиона вспоминают об Арте с теплом.
— Ты хотел сказать: о генерале Арте?
— И о генерале тоже. Арт всегда оставался прежде всего человеком. Генерал он или нет, мое уважение к нему неизменно.
