— Вчера, возвращаясь домой, встретил старого приятеля, он тоже по пушкам, я с ним в осаде сидел. Так он теперь при литейных дворах служит. Говорит, есть хорошее орудие, отличный лаутшланг.
— Лаутшланг? — Признаться, Волков не помнил такого орудия. Впрочем, он и не знал всех видов пушек. — А под какое он ядро?
— Под восемнадцать фунтов.
— О! — Генерал сразу разочаровался: это было меньше трети пуда. — Я бы хотел присмотреть картауну.
— Нет-нет, — стал уверять его Пруфф, — вы не спешите отказываться. Лаутшланг — отличная пушка. И в поле будет хороша, так как много легче, чем картауны, и по стенам бить из нее можно. У нее хоть и не тяжкое ядро, но зато длинный ствол, стены бьет она отлично, и дальность у нее прекрасная. И картечь из нее можно кидать. Я очень хорошо кидал картечь из такой же пушки со стены по еретикам. С кулевринами ее не сравнить. Лаутшланг — серьезное орудие, тем более что стоит она сейчас всего две тысячи четыреста талеров.
— Две тысячи четыреста? — удивился Волков. — Да я свою полукартауну подумывал за тысячу продать.
Артиллерист покосился на него с гримасой некоторого презрения, того презрения, которое испытывает настоящий специалист в отношении всяких там любителей, он даже слегка отстранился от генерала и сказал после нравоучительно:
— Слава Создателю, что вы ее не продали. Ваша полукартауна стоит пять тысяч или, вернее, даже пять с половиной тысяч талеров. И не меньше.
— Да? Хорошая новость, — отвечал кавалер. — А за этим лаутшлангом хотите ехать прямо сейчас? Дело не подождет?
— Именно сейчас. Думаю, что нам сейчас же нужно ехать смотреть орудие, боюсь, упустим, уж очень хороша цена.
⠀⠀
В длинном закопченном цеху, что располагался у восточной стены города, находилось много пушек всех видов и размеров — от затинных пищалей и ручниц до осадных мортир. Но тут было мало света, поэтому важным покупателям нужное орудие выкатили на чисто выметенный двор.
— Видите, видите, какой лафет, — не унимался Пруфф, которому эта пушка, кажется, очень нравилась. — Лафет легок, не в пример тому, на котором лежит полукартауна. Под полукартауной всякий мост трещит, а эта везде пройдет. Полукартауну тянуть — так к вечеру две шестерки коней из сил выбиваются, а с этой и две четверки управятся.
Пушка была неплоха, ну, на взгляд кавалера, но и ничего особенного он в ней не находил.
⠀⠀
Орудия 16–17 вв. со стволами длиной 4 метра и калибром 8-12 см. Ядро для такой пушки весило всего 5-10 кг. За счёт удлинения ствола пушка стреляла дальше. Отливали орудия из бронзы. Во Франции такие пушки называли кулевринами, а в Германии — шлангами. Оба названия в переводе означают "змея" — вероятно, из-за длинных, узких стволов пушки.
Мастер Леопольд Розенфюльд имел окладистую бороду и важный вид. Все его распоряжения выполнялись тут же. О Волкове он, конечно, слыхал и его появлением тут был польщен.
— Большая честь, господин генерал, большая честь. — И Пруффу кивнул: — Здравствуйте, капитан. Пришли взглянуть на лаутшланг, господа?
— Да, — отвечал капитан и продолжал уже спокойнее, тоном, который не выдавал его заинтересованности: — Пушка неплоха на вид. А не были ли у нее отломлены цапфы? Не выгорело ли запальное отверстие?
— Я, господа, гнусный товар не продаю! Цеховой устав не велит, — важно и с пафосом отвечал мастер Розенфюльд. — Цапфы не приварены, трещин ни в стволе, ни в запале нет. Пушка почти новая. Стреляли из нее мало. Можете сами убедиться.
— А отчего же такая хорошая цена у нее? — спросил Волков, хотя, честно говоря, сам не знал, так ли она хороша, как говорит Пруфф.
— Я ее не делал. Эту пушку мне продали задешево бывшие хозяева. Потому и я отдаю недорого, мне с нее и так прибыток будет.
— Извините, мастер, — сказал Пруфф, он взял кавалера за локоть, отвел его на пару шагов и заговорил мягко, но убедительно: — Надо эту пушку брать. В бою будет большой подмогой, а коли нужда в ней отпадет, так мы ее продадим с выгодой.
Никогда Пруфф не был таким. Обычно вспыльчивый, он говорил с жаром и быстро раздражался, а тут ворковал, как голубица. Уговаривал так, словно это был не старый его знакомец-артиллерист, а какой-то иной человек. И так как кавалер в своей солдатской жизни повидал в войнах всякого, вспомнил свою службу в кавалерии и смекнул, что капитан и мастер в сговоре. Могло быть так, что Пруфф просто хочет нагреть руки на этой покупке? Да, так могло статься. Почему же такому не быть, когда капитан за сделку ратует? Волков задумался на пару мгновений.