Солдаты были выстроены в каре, а отец в парадной форме выступил вперед, чтобы произвести смотр. По периметру поля, как заметил Пол, стояло зыбкое марево – там были включены защитные поля. Солдаты, стоявшие в каре, носили значки специального корпуса Сафира Хавата – это были войска, предназначенные для действия в глубоком тылу противника.
– Что это? – спросила старуха.
Пол обернулся.
– Мой отец, герцог, отправляет некоторых своих людей на Арракис. Сейчас он устроил им смотр.
– Людей на Арракис, – пробормотала старуха. – Когда мы только научимся?
Она глубоко вздохнула.
– Но я говорила тебе о Батлерианском джихаде, когда люди сбросили иго поработивших их машин. Ты, кстати, знаешь о джихаде?
– «Да не сотворишь машины, наделенной человеческим умом», – процитировал в ответ Пол.
– Точно по тексту Оранжевой Католической Библии, – сказала она. – Хочешь узнать, какие проблемы с этим связаны? В Библии многое осталось недосказанным. На самом деле это просто дар для фальшивых людей, обретающихся среди нас, тех, кто выглядит как человек, в действительности им не являясь. Они выглядят и говорят как люди, но если попадают в тяжелые обстоятельства, то начинают вести себя как животные. Самое большое горе заключается в том, что они искренне считают себя людьми. О да! Они думают. Но одного мышления недостаточно, чтобы быть и считаться человеком.
– Ваши мысли странны – вы все время думаете о том, что вы думаете, – сказал Пол. – Этому нет конца.
Она громко рассмеялась. В смехе этом звучали теплые нотки, и Пол услышал, что его мать тоже стала смеяться.
– Ты благословен, – произнесла старуха. – Ты замечательно чувствуешь язык и умеешь наполнить его смыслом.
– Теперь скажи мне правду, Пол, но помни, что я Вещающая Истину и могу отличать правду от лжи. Скажи мне: часто ли тебе приходится видеть исполнение тех вещей, которые ты видишь во сне?
– Да.
– Часто?
– Да.
– Расскажи мне о другом времени.
Он поднял глаза и посмотрел в угол комнаты.
– Однажды мне снилось, что я стою во дворе замка. Идет дождь. Двери заперты, в вольерах лают собаки, рядом со мной стоят Гарни и Дункан Айдахо. Айдахо случайно толкнул меня и ушиб мне руку до синяка. Мне было не очень больно, но Дункан чувствовал себя очень виноватым. Именно это произошло, когда мне было десять лет.
– Когда ты видел этот сон?
– О, это было очень давно. Тогда у меня еще не было своей комнаты, и я спал вместе с няней.
– Расскажи мне о другом времени. – В голосе старухи слышалось неподдельное волнение.
Она откашлялась, прочистив горло.
– Те из нас, кто не был посвящен в сан Преподобной Матери, знали об исследовании только то, что мы считали нужным им говорить. Теперь я скажу тебе немного больше. Преподобная Мать может физически ощущать, что происходит в клетках ее тела – в каждой клетке. Мы можем заглянуть в клеточное ядро нашей сущности, но там мы находим… – она сделала глубокий вдох, чтобы унять волнение, – ту вещь, о которой я говорила тебе раньше. Это пустота, которой мы не можем взглянуть в лицо. Страшна эта пустота. Направление ее темное… мы не можем войти в нее. Очень давно одна из нас определила, что нужна мужская сила, чтобы заглянуть в эту бездну. С тех пор каждая из нас, причисленных к сану Преподобной Матери, убеждается в истинности этого положения на собственном опыте.
– Но что в этом важного? – спросил Пол, и голос его стал печальным.
– Давай представим, – сказала она, – что в армейском транспортере есть только половина двигателей. Если ты найдешь вторую половину, то сможешь привести транспортер в движение.
– Но надо знать, как их соединить и как потом запустить целый мотор, – насмешливо сказал Пол. – Мне можно идти?
– Ты не хочешь узнать, что я могу рассказать тебе о Квизац Хадераче? – Джессика улыбнулась Преподобной Матери.
Пол заговорил:
– Мужчины, которые пытались… войти в то место, они все, как вы говорите, умерли?
– Есть последний барьер, который и они не могут преодолеть, – сказала старуха.
Дискант Пола прозвучал угрюмо и старчески, когда он спросил:
– Какой барьер?
– Мы можем ответить лишь намеком.
– Так намекните.
– Чтобы разозлить тебя? – Она криво усмехнулась. – Ну что ж, хорошо:
– Это и есть намек?
Она кивнула.
– Но подчиняясь, ты правишь.
– Власть и подчинение – это разные вещи.
– Но зияет ли между ними пропасть? – спросила она.
– Ох. – Он страдальчески посмотрел на Мохайем. – Это то, что моя мать называет смысловым напряжением. Я подумаю об этом.
– Да, сделай это.
– Почему вы меня не любите? – спросил Пол. – Потому что я не девочка?
Преподобная Мать метнула вопрошающий взгляд на Джессику.
– Я ничего ему не говорила, – сказала Джессика.
– Вот оно что, – протянул Пол. – Но может ли женщина побороть себя, если ее ребенок – мальчик?
– Женщины всегда сами определяли, какого пола будет их ребенок, – ответила старуха. – Принимая или отторгая сперму. Женщины способны управлять этим процессом, даже не зная его механизма. В этом есть видовая и расовая необходимость, и мужчины должны подчиниться.
Он кивнул.
– Подчиниться, чтобы властвовать.
– Да, отчасти.
