— Спасибо. И спасибо, что вступился, я не была готова к диалогу с Сергеем тет-а-тет, — сладкое моя слабость, и после стресса, что я пережила, я можно сказать накидываюсь на эту вкуснейшую коробку конфет.
— А его больше и не должно быть, — приподнимаю брови, внимательно смотрю на него, о чём это он. — Я про диалог с ним. Разговаривать с ним будут правоохранительные органы или я, — я молчу. И, кажется, моё молчание Рома не верно истолковал, потому что спрашивает. — Есть возражения?
— НЕТ, — восклицаю я. — Ты прав, Ром. И последнее чего бы мне хотелось, это Сергея в моей жизни, и в жизни Матвея.
— Это хорошо, это правильно, — бубнит он, отпивая чай.
Дальше я рассказываю Роме обо всех деталях нашей очной ставки, стараюсь ничего не упустить. Он кивает, задаёт вопросы, старается отвечать на мои.
— Мне понравилась Ксения Павловна, — честно признаюсь я. — Она старалась завалить его вопросами, зацепиться, и со мной так она не беседовала.
— Ксюша хорошая, да. И ей не чужда женская солидарность, — соглашается он.
— Ром, скажи честно, ты просил у неё за меня? — подаюсь всем телом, внимательно смотрю на него.
— Нет, я не о чём таком не просил. Просто сказал, что к ней придет моя девушка, — прикрываю глаза. Ну как же не просил. Одно это может сказать о многом. «Сейчас моя девушка придет, ну ты поняла?» «Да, поняла». В голове уже построила их диалог.
— Мы уже встречаемся? — от глупых вопросов не застрахована даже самая умная женщина, очень умной я себя никогда не считала. Так что, смело спрашиваю.
Рома, впрочем, не теряется.
— Да, а ты не заметила? Мне стоит задуматься? Может, я что-то делаю не так? — улыбается. — По-моему у нас всё самое интересное начинается, — не отрывая глаз от моей груди облизывается, как самый настоящий кот.
Нас прерывает стук в дверь.
— Да, войдите.
— Приветствую, Роман Иванович. Опа-па здравствуйте, — мне улыбаются самой обворожительной улыбкой.
— Добрый вечер, — отвечаю немного смутившись.
Кажется, этот парень уже раздел меня глазами и пожирает. Не стесняясь.
— Познакомься, Ира, это мой младший брат Илья, — представляет нас друг другу Рома. — А это, Илья, перестань так пялиться, моя девушка.
— ОООО… Даа… Ого, — кажется Илья дар речи потерял, стоит с открытым ртом и хлопает глазами. — И когда ты всё успеваешь, а? Ирина, не поймите неправильно, просто сегодня я понял, что моё сердце безжалостно разбито. — тяжело вздыхает и смотрит на меня. Ну дает, а.
— Когда надо, тогда и успел. В большой семье не щелкают, слышал про такое? — воинственно огрызается Рома. — И перестань на нее пялиться.
Илья берёт стул и присаживается рядом со мной. Я внимательно слежу за Ромой и его реакцией, понимаю ему такое внимание ко мне не нравится, и, кажется, брат специально испытывает его терпение.
— Ирина, вы знаете у него паршивый характер, — я прыскаю.
— А у тебя, стало быть, мягкий и пушистый? — уточняет Рома. Кажется, этот разговор начинает веселить его.
— Ооо, да я само очарование.
— Очаровашка, ты зачем пришёл? Потрепаться? Тогда вали отсюда, — кивает на входную дверь.
— Видите, Ирина, он еще и грубый, неотёсанный мужлан. Бросайте его, — дерзко смотрит на меня, а следом подмигивает Роме. Я не могу скрыть весёлого удивления, вот это советы пошли.
— Спасибо за столь щедрые советы. Но я с вами не согласна, — качаю головой. Мне еще сложно кому-либо признаваться в своих чувствах к Роме.
— Я пришёл отдать документы, — только сейчас я замечаю красную папку у него в руке. Рома её забирает и не глядя оставляет на своем столе.
— Это всё? — уточняет Рома и выжидающе смотрит на брата.
— Понял, не буду мешать. Пойду зализывать свои душевные раны и разбитое сердце, — очень тяжело вздыхает. — Ира, я был бесконечно счастлив с вами познакомиться.
Я киваю, стараюсь не засмеяться в голос. Да по нему театральная студия плачет, что он тут забыл.
— Иди уже, — вдогонку бросает Рома.
Как только за Ильей захлопывается дверь, я не выдерживаю и смеюсь в голос, вытирая слёзы. Рома рядом посмеивается.
— Вы и правда совсем не похожи с братом.
— Я же говорил. Я намного харизматичнее, — подмигивает.
И я взрываюсь новым приступом хохота.
— Без сомнений, — соглашаюсь я. — Мне уже пора домой. Ещё раз спасибо за чай, — смотрю на Ромины губы и добавляю. — Он был очень вкусный.
— Я тоже люблю пить с тобой чай, — подмигивает мне. — Ира, сегодня я на суточном дежурстве, приеду завтра, если ты не против.
— Я буду ждать тебя.
Рома провожает до машины. Мы стараемся держаться на расстоянии, ни к чему, чтобы коллектив обсуждал его личную жизнь на работе.
Приехав домой, в красках обо всём поделилась с мамой. Она молча выслушала, после, конечно, пожелала Сергею все несчастья мира. Если бы словом или пожеланием можно было убить, Сергей давно был бы трупом.
Я предложила маме переночевать у нас, но дома уже четыре кошки, уехала спустя час после пламенной речи.
Две недели пролетели, как один день. Сергей так и не появился, мне на радость, хоть и обещал нарисоваться. Видимо, есть что-то поважнее. Если первые три дня я оглядывалась по сторонам, высматривала его, то позже понемногу стала расслабляться.
