Путь к Синим горам (СИ) полностью

-Мы и так сильно задержались, – Торин старался говорить спокойно, но она видела, как он напрягся. –Твой супруг ждет тебя…

Супруг… Фанд скрипнула зубами. –Не напоминай мне о нем!

Тем не менее факт остается фактом. Он твой муж. Как и тот, другой…

-Торин, прошу тебя, не надо снова!

Не надо что? он снова зачерпнул воды из ушата и принялся поливать себя. –Хочешь сказать, что уже позабыла и о том, и о другом?

-По крайней мере, я призналась тебе честно после того, как ты спросил!

Куда уж честнее! его голос сочился сарказмом. Фанд гордо вздернула подбородок.

-Хорошо… ты меня упрекаешь в чем-то… но ответь прежде и на мой вопрос!

Торин фыркнул, но не отвел взгляда. Пожал плечами.

-Спрашивай!

-Кто такой Гэвин?

Пустой ковш выпал из разжавшихся пальцев и задребезжал, подпрыгнув на каменном полу.

-Откуда… – больше ничего он не смог произнести, борясь с рвущимся наружу стоном.

-Ты звал во сне…

Ему понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. За это время он успел натянуть порты и рубаху на мокрое тело, и зашнуровать сапоги. Фанд спокойно ждала, присев рядом на постель.

-Гэвин был моим старшим братом, – тихо произнес Торин, не поднимая головы, – он погиб… сорвался со скалы. Из-за меня…

Фанд обняла его, уткнувшись лицом в выступающие лопатки.

-Прости… прости меня…

-Тебе не за что просить прощения, – юноша резко выпрямился, откинув волосы на спину. –Одевайся! Нам нужно спешить, мы и так задержались.

Они почти не говорили, ни собираясь, ни в городе, куда отправились за покупками. Торин только коротко отдавал приказы, и Фанд старалась выполнять их. Иногда она ловила словно устремленный в никуда взгляд усталых синих глаз и сердце её обрывалось. Но она не знала, как и чем помочь ему, в который раз мысленно кляня себя за длинный язык. Когда под вечер они вернулись на постоялый двор в сопровождении трех пони, груженых снедью и одеялами, она сделала попытку попросить прощения как умела, на языке любви, но Торин не принял её. Лег, стащив только жилет и сапоги, и почти сразу уснул. А она не могла уснуть ещё долго, то ворочаясь с боку на бок, то тихо плача от тоски и душевной боли. Лишь под утро сон смежил ей веки, но он не был милосерден. Ей снова снилась ночь в саду, их последняя ночь... Стража, и Дориан, стоявший один против всех, заслоняя её собой. И его кровь, густая и алая, разлитая по белоснежному мрамору. И снова её волокли, намотав волосы на кулаки, его стражи, и снова швыряли к ногам Анвена, как рабыню, отдавая во власть убийцы. И он, чуть наклонившись и усмехаясь, говорил ей о том, что сделает с её младшими сестрами, если она откажется принадлежать ему…

Ублюдок!! Грязный подлый ублюдок!!! Убийца!!! она снова кричала, вырываясь, задыхаясь от омерзения, когда он приволок её в свои покои и швырнул на постель. А потом было все равно, она лишь старалась не показывать ему слез, когда он творил все, что хотел с её телом. Она смирилась ради Айриэн и Бэм, смирилась с унижением и болью, и с навеки поселившимся в душе холодом…

-Фанд! Проснись, Фанд!

Она открыла глаза, не сумев подавить рыданий, все ещё во власти последнего видения- полуразложившегося тела Дориана, брошенного на поругание. Большая ладонь легла ей на спину.

-Ты кричала во сне, – тихо сказал Торин. Она отстранилась, запихивая глубоко внутрь желание броситься в его объятия и выплакаться всласть. Бросила холодный взгляд в прекрасное, до боли милое лицо.

-Всё кричат во сне, и ты не исключение, Торин-Девчушка!- зло выплюнула она и потянулась за одеждой. Торопливо натянула рубаху и штаны и собрала длинные волосы в узел на затылке.