Тем временем, дело застопорилось — прямо перед ними стражники прицепились к крестьянину, везшему в город телегу репы. Обыскивали и допрашивали бедолагу с тщанием, какое от стражи встретишь редко. Прислушавшись к разговорам, Ройвис понимающе усмехнулся — бородачу старательно намекали на возможность значительно ускорить процесс досмотра при помощи некоторого количества звенящих аргументов. Тот к призывам раскошелиться оставался глух, так что обыск продолжался. Видимо, доблестные воины не теряли надежды отыскать что-то такое, что можно было бы поставить земледельцу в укор.
— Немыслимая наглость — столь откровенно вымогать деньги из человека, пусть и низшего сословия, — пробормотала Вета, натягивая капюшон — с неба вновь взялся накрапывать мелкий дождик.
— Можно подумать, в Ровандис такого нет, — чуть сконфуженно ответил Ройвис. В Вельсии действительно продавалось и покупалось все или почти все, а в деле мздоимства и воровства местные чиновники уступали разве что Тахадану. Рыцарь вельсийцем не был, но почему-то едкое замечание Веты принял на свой счет. Или почти на свой.
— В той или иной форме это есть везде, — согласилась девушка, — но если бы на въезде в Ротаву страже вздумалось устроить что-то подобное, дело бы закончилось скандалом и их увольнением.
— Смотри при страже этого не ляпни, — смутился Ройвис. Теперь перед Ветой ему стало почти что неудобно. Приехала тут, понимаешь, леди из цивилизованной страны, а местные перед ней такой балаган учинили.
— Ну, из моей роли это никоим образом не выбьется. Что ж поделать, если я из Ровандис? — На губах девчонки появилась игривая улыбка. Нашла, когда в роль вживаться!
— Из роли не выбьется, но проблемы лишние создаст. Хочешь, чтобы нас обшмонали так же, как этого бедолагу с репой?
— Да, об этом я как-то не подумала, — улыбка мгновенно потускнела.
— Да проезжай уже, вошь жадная! — В сердцах гаркнул на крестьянина десятник стражи. — Следующие!
Крестьянин с довольным видом щелкнул вожжами и лошадка потащила повозку прочь от расстроенных служивых. Ройвис, пряча усмешку, двинул коня вперед.
— Капюшоны снимите, почтенные. Кто таковы? Откуда? — Видимо, десятник попался из опытных. Наметанный взгляд сразу определил, что люди, застывшие перед ним, происхождения вполне благородного, так что сыпать площадными словцами он не стал. Пугаться или лебезить, впрочем, тоже — мало ли мелочи с родословной бродит вокруг? Серьезные вельможи не в седлах трясутся, а здоровенными поездами по тридцать карет ездить изволят.
Откинув капюшон, Ройвис протянул стражнику небольшую серебряную пластину с выгравированным на ней цветком Звездоцвета — официальным знаком принадлежности к Ордену.
— А. Ну да. — Пластина вернулась обратно в нагрудный карман рыцаря, а десятник оглядел остальных. — Это ваши спутники, милорд?
— Да.
— Эээ… — Взгляд стража зацепился за Вету. — И ровандиссийка что ли?
Ройвис мысленно выругался. Будь Вета из Тиорты или Тальнаэры — отличить девушку от коренной вельсийки смог бы разве что профессиональный шпион. Но диковинный цвет волос указывал на ее происхождение совершенно однозначно — лишь выходы из Ровандис могли похвастаться диковинными пепельно-серыми локонами. Не надо быть пророком, чтобы понимать — у девочки еще возникнут в Веканисе проблемы.
— Именно. Разве это порождает какие-то сложности? — С холодком в голосе поинтересовался Ройвис.
— Да не знаю, — растерялся в ответ десятник. — Нам сказали, шпионов ровандисских высматривать.
— И что, похожи мы на шпионов? — Ехидно поинтересовалась Леора, которой надоела роль безмолвного наблюдателя.
— Вы — нет. А она кто такая — я почем знаю?
— И что вы предлагаете? — Происходящее начинало постепенно раздражать.
— Да чего тут непонятного? — Дойвего оттер Ройвиса в сторону. На бородатом лице играла веселая ухмылка. — Вот тебе, служивый, свидетельство, что никакая она не шпионка.
— Действительно, и как мне такая чушь в голову пришла, — мгновенно одумался десятник. Мелькнула и исчезла в его кармане серебряная монета. — Вы проезжайте, люди добрые, проезжайте. Эй, следующий!
Ройвис молча тронул коленями бока коня. Вета, заметив мрачный взгляд рыцаря, с улыбкой развела руками. Стражник этого уже не видел — доблестный витязь успел клещом вцепиться в очередного крестьянина, на бородатом лице которого читалось явственная готовность претерпеть хоть публичную порку, но отстоять кровные средства не хуже своего идейного предшественника.
Наконец, ворота оказались позади, и путешественников принял в свои объятья самый жуткий бардак, когда-либо виданный Ветой.
— Седла чиню!
— Лови вора!
— Леденцы! Пирожные!
— Куда прешь, корова! Осади назад!
