— Дай угадаю, вы-таки сумели впервые поцапаться? — Хоть бы сочувственную мину попыталась состроить, стервь рыжая! Куда там, того и гляди принется хохотать над «горе-любовником».
— Неважно.
— Ага, зазноба твоя мне только что то же самое сказала. И тоже с таким видом, будто сейчас порвет меня на десяток испуганных клочков. — Уголки губ Леоры ехидно приподнялись.
Удержать готовое сорваться с языка ругательство Ройвис успел в последний момент — будто за хвост самого себя ухватил.
— Ладно, герой-любовник, — судя по примирительному тону, дальнейшие издевательства воительница решила отложить на более подходящее время, — собирайся давай. Барон решил очередной полный военный совет собрать.
Это значит — целая толпа офицеров с почтительным видом соберется вокруг тех, кто действительно имеет право голоса на таких собраниях. Генералы и офицеры, выходцы из благородных сословий, будут с умным видом рассуждать о судьбах страны и короны. Те, кто никаких решений не принимает, в это время обязаны пожирать обожаемое командование глазами и делать вид, что пытается постигать воинское искусство. Ничего не скажешь, нашли развлечение.
Злости хватило ровно на половину дороги до дома Лиардис — затем наступило беспощадное прозрение. Вестником его стал ледяной ветер, который накинулся на девушку, выскочившую из резиденции Ордена, словно пущенное катапультой ядро. Увы, в отличие от безжизненной каменюки, равнодушной к холоду и снегу, Вета принялась отчаянно мерзнуть. Только сейчас она сообразила, что от злости даже не догадалась ни потеплее одеться, ни воспользоваться услугами коляски, без которой после попытки похищения не обходилось ни одно путешествие по городу.
Увы, злость и обида оказались на редкость окрыляющими чувствами — к тому времени, как зимняя стужа окончательно выморозила всю скопившуюся в душе ярость, она успела отмахать половину пути до посольства Лиги. Возвращаться было ничуть не умнее, чем продолжать путь, так что Вета, в итоге, припустила в направлении обиталища Лиардис почти что бегом. Ох, ну и видок у нее будет, когда она заявится, наконец, в гости к подруге… Одно успокаивает — таэтисса вполне могла показаться ей на глаза и в более экстравагантных обликах, не испытывая при этом ни капли смущения.
Принцесса Ровандис в легкой домашней одежде трусила по городу, кутаясь в меховой плащ — спасибо, хоть его хватило мозгов захватить!
Посольство встретило ее хлопаньем белых знамен с черными кедрами. Ветер то игриво подбрасывал их к самому небу, то заставлял бессильно повиснуть на флагштоках. На стук дверного молотка появился знакомый дворецкий, безропотно пропустивший девушку в жарко натопленную залу. Впрочем, натопленную ли — это еще вопрос: Вета давно уже подозревала, что источником тепла, царящего в особняке, является искусство мистицизма — то же, что заставляло потолок сиять настоящим солнечным светом, навевая воспоминания о жарких летних днях и обжигающих лучах стоящего в зените светила.
— К сожалению, таэ Лиардис отсутствует, — проинформировал девушку дворецкий. — Если вам будет угодно, можете подождать ее в гостиной.
Надо же, как неудобно получилось. Вообще-то Вета собиралась отправиться к таэтиссе куда позже. Если бы не Ройвис с его попытками услать ее за тридевять земель — так бы и получилось. Ну ничего, вряд ли Лиардис не одобрит ее раннего появления.
— Да, спасибо. — Вета позволила лакею провести ее по давным-давно изученному маршруту. Ничуть не изменившиеся с первого посещения усатые портреты провожали девушку насупленными, грозными взглядами. Иногда она жалела, что не родилась в Кедровой Лиге, куда более близкой к империи. Хотя, еще неизвестно, как бы тогда сложилась ее судьба. Таэтис вассальными человеческими территориями не слишком-то интересовались. Для всего мира совершенно не секрет, что лига для империи не более, чем буфер, лежащий между их землями и беспокойными соседями. А с инструментом дружат редко — куда как чаще его используют. Ветассия уже предвкушала, как попросит слугу принести чашку чая, который здесь уступал разве что непревзойденному мастерству тахаданца Чегдраха. Да еще и в огромном, под потолок, шкафу пылится огромное количество книг. Наверняка никто не будет возражать, если она вытащит парочку…
Увы, мечты об уединенном наслаждении старыми рукописями рухнули в одночасье. Вернее, если быть точным, их уже исполнили — правда, без какого бы то ни было участия со стороны Веты. В одном из кресел помпезно обставленной комнаты развалился незнакомый девушке черноволосый парень исключительно хлыщеватого вида. Мало того, что в одной руке незнакомец держал чашку с тем самым душистым чаем, так еще и на коленях его уютно расположился толстый томик в кожаном переплете. Длинные пальцы с покрытыми бесцветным лаком ногтями лениво переворачивали страницы. Листы тончайшего пергамента издавали скрипучий шорох.
— Таэ Кесиан? Прошу прощения. Я не хотел вам мешать, — кажется, невозмутимый дворецкий испытывал определенную неловкость. Вета же во все глаза уставилась на второго таэтис, встреченного ей за всю жизнь.
