Просил Холлана научить его захвату, но тот отказался, сославшись на то, что это секретная техника. Он представил, сколько народу может покалечить здоровяк в пылу драки, и решил, что даже косвенно не хочет быть ответственным за это.
Они спустились с пригорка к стрельбищу, и Холлан выдал Базилю несколько сонтов, чтобы тот мог поучаствовать в соревнованиях по стрельбе из лука. Сам наёмник отказался – рука ещё ныла от ударов о крепкий торс Ларка-Бородача. Базиль стрелял неровно: один раз попал в самый центр мишени, другой раз стрела улетела далеко в поле, три следующие оказались рядом с серединой, но всегда выше. Он выпросил ещё несколько монет и нетерпеливо подпрыгивал, ожидая своей очереди. По полю бегали двое мальчиков в красных рубашках, собирали стрелы.
– Прицелься, потом немного опусти лук, – посоветовал Холлан Базилю, а сам отошёл и наблюдал, поглаживая ноющую скулу и лоб.
В этот раз вышло гораздо лучше – все стрелы достигли цели, и Базиль радостно завопил, когда последняя стрела вонзилась в самый центр, задев оперение предыдущей. Мужчины вокруг усмехались, но кто-то одобрительно хлопнул мальчишку по плечу, и тот, высоко подняв голову с растрепавшимися соломенными волосами, подбежал к Холлану.
– Ну как, а? Скажи, я хорошо стреляю!
– Сойдёт, – бросил Холлан, рассматривая утешительный приз – стрелу с красным древком и золочёным оперением.
На самом деле было гораздо лучше, чем «сойдёт», но наёмник следовал примеру Тимара Акруса, от которого ни один ученик ни разу не услышал слов похвалы. Холлан незаметно для себя свыкся с мыслью, что мальчишка прицепился к нему надолго, и уже подумывал, где бы устроить его в Порт-Акаре. В скворечнике едва ли хватало места ему самому, но вряд ли Шейн расщедрится настолько, что позволит Холлану занять одну из комнат на жилом этаже…
Приближалось время представления, и Холлан с Базилем потихоньку последовали к центру ярмарки. Спешить было некуда, и наёмник купил мальчишке кружку сидра, а сам вновь ограничился водой, чем вызвал усмешку у продавца, который, впрочем, быстро отвёл взгляд и внезапно вспомнил, что ему срочно нужно найти что-то в ящике под прилавком, когда разглядел татуировки Холлана.
– А почему тут больше нет таких, как ты?
– Каких? – Холлан понял, что хочет узнать Базиль, но ему хотелось позлить мальчишку – это была маленькая ответная месть за его приставучесть.
– Ну! – Базиль нетерпеливо похлопал руками по щекам.
– А откуда им взяться? Нас загнали, – Холлан процедил это слово сквозь зубы, словно оно было горьким на вкус, – к Северному пределу, а оставшихся в живых не выпускали из поселений. Никто бы не прошёл через границу. Нам с Илисон повезло – мы добрались до моря и пробирались вдоль него через скалы.
Площадь, окружённая небольшими деревянными палатками с едой и питьём, была заполнена людьми. В отдалении играла музыка. Те, кто пришёл пораньше, заняли лавки у самого края сцены. Если на остальной территории ярмарки деревья почти не встречались – они были вырублены ради удобства, то здесь росло несколько сосен, на ветвях которых сидели, рискуя перепачкаться в смоле, посетители помоложе. Холлану с мальчишкой пришлось тесниться у самого края, но наёмник умудрился найти пустующее местечко у одной из палаток. Теперь он стоял в тени, прислонившись к углу, лениво разглядывая людей, а Базиль подпрыгивал, пытаясь разглядеть, что происходит на сцене.
Мэр Римерфара уже отчитался о прошедшей неделе и был занят оглашением списка воинов, показавших наилучшие результаты в разных видах соревнований. Толпа зашумела, разразилась приветственными криками. Базиль обернулся к Холлану:
– Смотри, там Ларк-Бородач!
Холлан только пожал плечами. Несмотря на очевидное отсутствие интереса со стороны наёмника, мальчишка продолжал докладывать ему о том, что происходит на сцене. Когда под аплодисменты на сцену вышел высокий жилистый старик, победитель в стрельбе из лука, Базиль подошёл к Холлану, помялся, но всё же спросил:
– А Илисар… ну, он был старый?
Холлан хмуро поглядел на мальчишку и отрезал:
– Нет.
– Тогда жалко, – вздохнул Базиль.
– Что жалко?
– Ну, когда молодой умирает – это жальче, чем когда старый.
– Это ещё почему? – агрессивно поинтересовался наёмник, но у мальчишки, похоже, не было никакого понятия о чувстве самосохранения.
– Старый уже пожил и всё посмотрел, понятно же.
– Илисар много чего успел посмотреть. Получается, не жалко, – процедил наёмник.
Он сложил руки на груди, демонстративно закрыл глаза и не открывал, пока по затихшему бурчанию мальчишки не стало понятно, что тот снова отвернулся к сцене.
