Деревья, поваленные и разрушенные в ходе битвы, начали подниматься и собираться. Они вновь срастались со своими корнями, вновь обрастали листвой. Прямо посреди изуродованной заклинаниями и схваткой четырёх соперников поляны начинала расти трава с вкраплениями красивых лесных цветов, а где-то под деревом, кажется, промелькнуло несколько грибов. В некоторых местах растущая трава переплеталась, высыхая и создавая из себя кусты, на которых через пару секунд появлялись разноцветные ягоды. Даже убитая по неосторожности полёвка, лежавшая у несколько мгновений назад поваленного дерева, воскресла и сосредоточенно побежала куда-то по своим мышиным делам. Астерот и Петенс стояли посреди всего этого магического представления, и их раны медленно затягивались, а по телу распространялся холод.
— Што за люди пошли! — донёсся до них старческий голос. — Тузик! Афоня! Бедные! — Послышался треск ломающихся под чьим-то напором кустов и шелест сминаемой травы. — Ай! Чёрт с вами! — после этих слов справа полыхнуло, и трава и кусты, прихватив с собой пару деревьев, исчезли в магической вспышке тёмно-синего цвета.
Им открылся вид на... Старика. Длинная, седая, довольно грязная борода спускалась где-то на мерт, прикрывая часть оборванных одеяний мага. В том, что сей прекрасный старик с проплешиной на полголовы посреди седых волос — маг, у Астерота сомнений не было. Руки старика дрожали, держа простенький тоненький посох, с которого понемногу осыпалась труха.
— Ой! Люди! Божечки, как стыдно-то... — прошептал старик, заметив растерянно переглянувшихся Астерота и Петенса. Как-то не такую фигуру они ожидали увидеть. Меж тем старик окутался тёмно-синей пеленой и пропал.
— Купились... — прошептал голос возникшего позади них мужчины. — Эх, а казалось, хоть кто-то, выбивающийся из общей массы. Да что ж это такое?! Где?! Где нормальные бойцы? — Астерот и Петенс синхронно обернулись и увидели мужчину в тёмно-синем пиджаке и с такой же тростью в руках. Мужчина был полностью лысым, а под ним подрагивало какое-то магическое плетение, подвешенное им в воздухе, на котором маг, собственно, и стоял. — Ох, ладно. — он потёр пальцами переносицу, оставив трость просто висеть в воздухе. — Вы смогли победить парочку моих созданий — молодцы, я вами абсолютно неискренне горжусь. Отвечаю на невысказанный вопрос — старикашка — просто иллюзия. Знаете ли, здесь очень скучно сидеть в одиночестве, надо же мне хоть как-то развлекаться?
— Кто Вы? — сказал Петенс.
— Я? Я тот, кого в этих местах знают под именем Отшельник, приятно познакомиться.
— Устраивайся поудобнее, я буду рассказывать долго, но, надеюсь, интересно. — проговорил Отшельник, указывая на один из двух стульев, стоящих около скромного деревянного стола. Над столом висел светильник, названный Отшельником «лампочкой», который тихонько жужжал и светил ярким слепящим светом.
Петенс остался снаружи. Его по каким-то одному ему ведомым причинам не пропустил Отшельник. Сейчас Смотритель Жизни стоял под небольшим домом на высоких сваях, наблюдая за тем, как постепенно формируются новые стражники Отшельника — те самые шедевры, слепленные из нескольких животных сразу. Над созданием такого монстра трудились шесть артефактов, выстроенных вокруг зоны мертов десять в диметре. И в середине этой зоны кипела напряжённая работа.
Материя, переливающаяся разными оттенками синего, втекала в формирующийся контур монстра. Она распределялась неравномерно, кое-где она вылетала, образуя костяные наросты или дополнительный слой кожи иллюзорной твари. Это прекрасное зрелище было видно сквозь окно дома Отшельника. Внешне он не выбивался из общего лесного фона, отделанный брёвнами, но внутри располагалось множество странных предметов.
