Всего лишь скамья со спинкой. Но это было такое простое и изящное сочетание незнакомого орнамента со структурой самого дерева!
И не только скамья! Оконные рамы... Похоже, что резьба по дереву была здесь чем-то вроде национального вида искусства. Жемчужиной обстановки был опять же резной стул у небольшого письменного столика.
- Нравится? - спросил вернувшийся Тэйглан. - А это вот он, сам! Нынешней зимой...
- У меня был образец, - словно оправдываясь, сказал неслышно подошедший Даллен.
- Твоя мебель ничуть не хуже, - ревниво возразил Тэйглан. - А мне так твоя даже больше нравится.
- А что это сияет там, вдали? - спросил Кантор, выглянув в одно из низких окон.
- Башня Дома Поющих, - сообщил Даллен. - Она облицована зеленым янтарем...
Янтарем, значит, мрачно подумал Кантор. Непрестанные упоминания Поющих и пения начинали раздражать. Особенно когда сам ты можешь называться поющим лишь в сочетании с отвратительным словом "был"!
Внутренний голос бурчал что-то и в кои-то веки полностью соглашался.
"Ну и ладно", - ответил Кантор то ли внутреннему голосу, то ли ещё кому-то. "Они тут все Поющие, а я буду... слышащий. А музыка тут сама на бумагу просится. Попросить бумаги, что ли? Или запомню?
- Ты не имеешь ничего против трапезы у костра? - улыбнулся гостю Даллен.
- Довольно долгое время я только так и питался, - усмехнулся мистралиец. - Конечно, нет! Моя помощь не нужна? Я хотел бы... осмотреться.
("А вернее - послушать то, что звучит в голове... и там, под открытым небом...")
- Разумеется, - задумчиво ответил Даллен. - Только далеко не уходи - мы быстро всё наладим.
- Угу, - согласился мистралиец и вышел в сад.
Лепестки падали на землю... Как снег. Снег весной. Сравнение было затертым - по поводу цветущих мистралийских садов его не использовал только ленивый. Но здесь всё было другим - вечерняя прохлада, пахнущая хвоей и росой, розоватые верхушки деревьев - они ещё были освещены солнцем, шум водопада...
Водопад был аккомпанементом к звучащей музыке. Почему-то она была гораздо более тревожной и мятежной, чем неизбывно спокойная природа вокруг.
Кантор почти физически слышал эти аккорды рояля, торжествующе взмывающие вверх, стоны скрипок... а потом слабые всплески арфы, зов духовых - и слитное звучание всего оркестра. Это было похоже на знамя, упавшее из твоих рук и поднятое товарищем. В ЭТОЙ музыке не было места голосу - только оркестр.
"И не надо", - подумалось ему. "Я, быть может, знаю, как это можно было бы спеть - раньше. А теперь... лучше так."
"Отвыкни уже примерять голос на то, что приходит в голову. Нет его. Всё!"
Насмешкой прозвучало в голове гитарное соло, подражающее шуму водопада. Бывший убийца приблизился, любуясь неутомимо падающей струей - и крохотной птицей с полосатым хвостиком, которая чистила перья, усевшись буквально посреди водопада на мокрый камень.
Моргнув черным глазом на незваного пришельца, птичка порскнула в наросли над водой, потревожив куст фиолетовых колокольчиков - точно таких же, как на Дельте...
Кантор внезапно вспомнил бешеную скачку за город в компании Элмара - накануне праздника Радости Мааль-Бли. Дорога, солнце, ветер в лицо... и музыка, возвратившаяся через долгих пять лет злой внутренней немоты, мучившей сильней, чем потеря голоса. Он тогда привез колокольчики, успев разбудить Ольгу раньше солнечного луча, а она обняла его с радостным восторженным визгом...
Ох, а если она проснется, а его нет? Решит, что опять пропал? Или ушел пить дальше и поить гостя? Или просто ушел, оставив письмо, как тогда? Надо зайти в сон, всё объяснить. Обязательно.
... И внезапно - полузабытое ощущение, как щекотка или, скорее, холод между лопатками - холод ножа...
Кантор резко обернулся. Из-за развесистого дерева неведомой породы на него смотрел молодой светловолосый парень в длинной куртке черно-синего цвета - явно из незнакомого Кантору материала. Пристальный взгляд нехорошо напомнил взор часового, заметившего в ночи оплошавшего диверсанта.
Найгери был бледен, и горящие черные глаза больше всего напоминали паладина, идущего на бой с драконом. Или полицейского-стажера, вдруг обнаружившего у себя под носом разыскиваемого убийцу. Второе явно было ближе к истине...
- Стой!
Высокий юный голос чуть не сорвался.
- Стой! Стрелять буду!
… Кайруин, страж Города и окраин, объезжал свою территорию.
Найгета - столица государства найгерис, называющаяся так же, как и вся страна - была как бы ожерельем из нескольких небольших городов, находящихся рядом и перетекающих один в другой. Город-порт с верфью и складами; город Поющих - магов, целителей, мастеров... Торговые ряды, кварталы мастерских, а в центре, самой красивой части города, находился Дом Совета, храмы Поющих Богов и даже лекциум, где учились не только жители Найгеты.
Старая часть города была обнесена высокой каменной стеной из замшелых серых валунов, пригнанных друг к другу так плотно, что казалось - перед тобою нерукотворная скала.
Через равные промежутки к стене были пристроены смотровые вышки - но никогда, за всю историю Найгеты, враг не осаждал города. Никто и не пытался.
