Огненные руки послушно распустили сложные узлы, и встали напротив меня с опущенными головами. От радости, что сила столь быстро ко мне вернулась, я хотел сбить их с ног магическим потоком, но ничего не получилось, как я не пытался повторить необходимые движения руками. Странная особенность поразила меня — обычно, человек под действием дурмана имеет отстраненное выражение лица, и слепо подчиняется власти сильного колдуна. Но в глазах этих застыла ярость, губы кривились в презрительных гримасах, словно они не желали выполнять мой приказ, но ничего не могли с собой поделать. Осознание пришло почти сразу, только потому, что рубашка выбилась из-под кожаного костюма, и брошь со знаком преемника одного из верховных колдунов попала в поле моего зрения.
— Вот оно что… вот вам мой приказ, — я тяжело дыша отбросил от себя остатки сети, — идите все в подземелья, там много сокровищ.
Я мчался по ранее не изведанным мной местам, по пустынной нежилой местности, где росли лишь невысокие деревья, и ни одно поселение не сумело закрепиться. Поля мертвецов — так называли эти места. Я и не заметил, как они остались позади. Стоило ободу наполовину закатиться за пасмурный горизонт, я остановился на небольшом постоялом дворе, который здесь был открыт специально для торговцев, проезжающих из Наторнета в Дром. Скрыв плащом одеяние, которое могло выдать во мне воина, я заказал пива и штара, и немного нормальной еды, ведь у меня в заплечном мешке только и было что какое-то количество сухарей, некоторых сушеных плодов, да пару зелий, которые могли помочь мне справиться с голодом. Но я знал — эти запасы бесценны, и использовать их нужно лишь, в крайнем случае.
Волшебный напиток придал мне сил и уверенности перед сном, и я заснул спокойно, с надеждой думая о будущем. Жесткая кровать, пахнущая полевыми травами и домом, не позволила злым сновидениям прорваться в мой разум.
Выехав рано утром, я галопом проскакал по зеленым лугам, что лежали во владениях четвертого дорина Тордта. Как он там? Жив ли? Или тоже стал предателем? А как его дочери? Я напоил коня у быстротечного ручья и отправился дальше, в сторону моря.
Никто не знает, что готовит ему судьба. Быть может, величие, или напротив, бесславную смерть. Кто-то думает только о будущем, и забывает жить, кто-то утопает в событиях былых дней. А у меня было только то, что здесь и сейчас, и мне нужно было торопиться.
Просоленный ветер ударил мне в лицо, когда я, кутаясь в плащ, вышел на пирс. Моя стихия молчала, и я не мог взять из нее даже каплю той силы, что когда-то у меня была. Все начиналось заново, все возвращалось на круги своя. Я должен был многое исправить, и в первую очередь найти свою любовь.
На третий день, на «Хессете», двенадцати пушечном торговом шлюпе, все стало привычным, своим. Каюту я, за порядочные деньги, делил с капитаном Донтоном — немолодым моряком, отважным торговцем. Сейчас он шел в известный мне порт Рунелгарн. Он был сварлив, ругался изобретательнее Кога, и терпеть не мог бездельников. Но команда его любила — он не наказывал за мелочи, хорошо платил, и даже мог дать погулять особо ценным ребятам месяц-другой на берегу, если они очень просили.
Я мог отдыхать, наслаждаться морем, но привычка к труду давала о себе знать — целыми днями я проводил вместе с командой.
С тех пор как берег Ласса остался позади мои страхи быть найденным были развеяны. С другой стороны, я боялся за свою страну. Я убил члена совета магов, Латия как-то изолировала Кога. Вряд ли она была в состоянии его убить, но, похоже сумела вывести его из игры на какое-то время.
В отличие от моего предыдущего путешествия в Драгорию, когда торопливый Вендер Хоснет, ныне мертвый, решил сократить путь и проплыть мимо дремлющего архипелага, где водилось немало пиратов, наш Кэп по широкой дуге огибал этот маршрут, и практически прижимался к материку Кестерн.
В связи с недавними событиями, он не мог заходить в артанийские города, дабы не быть потопленным или разграбленным, но уверенно курсировал вдоль мелькающего на горизонте берега. Встречи с Артанийскими судами тоже следовало избегать, но большинство из них были захвачены в той памятной превентивной кампании, и мы уверенно легли на курс.
После почти трехмесячного путешестви мы прибыли в Анакан, как оказалось Рунелгарн был недоступен из-за каких-то споров между драконами. Чего они опасались я не знал, да, впрочем, и не хотел знать. Мне нужно было осмотреться, вооружиться, и ехать дальше.
В городе я пробыл три дня, и старался не привлекать к себе внимания. Всё что мне могло помочь в путешествии я купил, и следующей моей остановкой должен был стать Храм Неба.
