Припав к земле из-за отрубленной лапы, тварь с шипением ощерилась в мою сторону. Показался ряды острых, измазанных в крови жертв зубов. Черные глаза яростно сверкали на меня.
Взглянув на уродливую тварь, которая стала причиной гибели соплеменников, я ощутил жажду возмездия. Более того, я будто чувствовал страх моего врага.
— Пришло время умирать, — произнес я.
Закричав, я рванул в атаку. Вместо того, чтобы бороться, отпрыск шарахнулся в сторону. Тут же его подвела отрубленная конечность. Ступив на нее, он потерял равновесие, заваливаясь ко мне боком.
Мой удар был безжалостен. Первой атакой я снес заднюю лапу. Две оставшиеся конечности оказались прижаты телом к каменному полу. Используя это, я подбежал ближе и нанес решающий удар.
Голова второй твари покатилась по полу, заливая каменные плиты чадящим ихором. Тело еще пару раз дернулось в конвульсиях, а затем замерло.
Поменяв своего хозяина, подземный чертог вновь погрузился в тишину.
Подрагивая от адреналинового шторма, я оглядывался в ожидании еще каких-нибудь тварей. Секунда, вторая, третья, но больше никто не появлялся. В древний чертог вернулась вековая тишина.
— Кажется, все, — с облегчением выдохнул я.
Не смея расслабляться, я первым делом заглянул в гнездо, проверяя, чтобы там не объявилась еще какая-нибудь мерзость. Не обращая внимания на отвратительный вид гниющих останков, я лишь убедился, что это тупик, и больше в помещении никого нет.
«Может быть, конечно, еще есть потайные ходы, — подумал я. — Но лезть в это выше моих сил».
Заваленное останками гниющей плоти, помещение могло одним своим видом повергнуть человека в шок. Лезть в такое я не смог себя заставить даже после всего пережитого.
Морщась от смрада, я отошел от арки, на ходу проверяя еще одну важную деталь. Стоило сконцентрировать внимание на светящемся «светлячке» на краю зрения, как он вновь раскрылся в уже знакомое предложение вернуться домой.
«Отлично, — кивнул я. — Мой выход никуда не делся».
Нежелание возвращаться к прежней жизни отнюдь не значило, что я готов навечно сгинуть в катакомбах неизвестного мира. Убедившись в возможности отступления, я продолжил осмотр пирамиды. И кое-что меня особенно интересовало.
За прошедшие пару минут я не забывал краем глаза поглядывать на убитых тварей. Два трупа лежали, не подавая признаков жизни. Я уже начал сомневаться в своей теории, как произошло именно то, что и ожидалось.
Будто из ниоткуда возникло тусклое сияние, осветившее туши монстров. Через пару секунд появился и его источник. Из плоти каждой убитой твари просочилось две сферы знакомого вида. Излучающие зеленый свет и легкие искажения вокруг себя, они походили на ту, что была добыта из мамаши этих двух существ.
«Точно как в играх Сани, — подумал я. — Даже добыча есть».
В очередной раз рассуждения моего друга об игровой логике происходящего оправдались. За неимением опыта в такой сфере, мне оставалось только вспоминать его рассказы.
«Надо собрать добычу, — подумал я. — Таким грех разбрасываться».
Я еще не понимал, на черта эти штуки мне нужны, но упускать то, что досталось с риском для жизни, не собирался. Тем более, способ хранения уже освоен.
Скинув рюкзак, я достал бутылку. Светящаяся сфера в ней никуда не делась.
«Они похожи, — подумал я. — Значит, и храниться вместе должны без проблем».
Присев, я аккуратно поймал горлышком первую сферу. При ближайшем рассмотрении она оказалась меньших размеров, чем та, что уже была в бутылке.
«Видимо, чем опаснее монстр, тем больше с него этой субстанции, — подумал я. — Если следовать игровой логике, то уровень детенышей был меньше, а значит и добыче проще».
Пока я рассуждал, сфера послушно погрузилась в бутылку. А вот дальше произошло нечто необычное. Когда две сферы сблизились, их потянуло друг к другу. Соприкоснувшись, они тут же объединились в одну сферу, еще больших размеров.
— Любопытно, — пробормотал я.
Продолжая действовать, я поймал горлышком и третью сферу. Как и предыдущая, она объединилась с главной.
Ощущая непонятное удовлетворение от процесса сбора, я убрал бутылку обратно в рюкзак. Теперь пришло время уделить внимание и таинственному месту, где я оказался. На всякий случай я поудобнее перехватил свой костяной клинок, и в этот момент ощутил саднящую боль в руке.
Опустив глаза, я понял, что недооценил остроту оружия. Основание оружия, используемое мною как рукоять тоже имело шипы. В пылу боя они прошли через ткань, надрезав кожу на ладони. В горячке боя рана даже не ощущалась.
— Черт, — произнес я, оглядывая руку. — Не хватало еще заразу подхватить.
Изучив свои пожитки, я с сожалением отметил, что приспособить под рукоять нечего. Оглядев тушу ближайшего монстра, еще не обросшего жестким внешним скелетом, я пригляделся к шкуре. На животе она была относительно тонкой, зато вдоль хребта походила скорее на кожу бегемота.
Взявшись за серп, я примерился и срезал длинную полосу. В выделке шкур я не разбирался, так что лишь соскоблил, как мог, неприятно попахивающую плоть, и во много слоев обмотал рукоять своего оружия.
