Во второй половине дня Рени наконец — то удалось выбраться на берег. Вместе с ним туда же отвезли и старосту с захваченного плота. Пройдя по деревушке, Рени увидел картину полного разорения. На каждом шагу попадались убитые орки и следы их пиршеств. Но не меньше его поразила картина амбара, где хранились запасы еды, в основном копченой рыбы. Орки за несколько дней не могли съесть все захваченные припасы, тем более в первые дни они ели свежее зажаренное мясо — людей и скотины. Но и на запасы амбара твари тоже обратили свое внимание. Много ли могли съесть орки? Конечно же, нет, самую малость, но умудрились загадить все припасы. Твари попросту надкусывали от жадности бока рыб, тут же испражнялись, ничуть не заботясь, что будут и дальше есть эту рыбу. В самом амбаре вялились и несколько трупов орков.
От всей увиденной картины бородачи лишь громко ругались. Как понял Рени, они надеялись, что большая часть припасов достанется им в целости и сохранности, но теперь, глядя на испорченное съестное, никому забирать его не хотелось, несмотря на то, что запасов пищи на драккаре оставалось мало.
Лорн допросил захваченного старосту о тайниках с едой. Даже силу применять не пришлось: старик быстро сломался и отвел бородачей к двум схронам, сразу же подняв настроение пришельцам. Найденных припасов было столько, что их свозили на корабль остаток дня и весь следующий день. Теперь даже не понадобилось плыть к тайникам, сооруженным в районе его погибшей деревни.
Во время схватки с орками пришельцы не потеряли ни одного человека. Теперь они, воодушевленные двумя бескровными победами над тремя с половиной сотнями орков, рвались в новый бой.
Вождь бородатых воинов Лорн решил на драккаре спуститься к югу и высадиться на берег в районе, откуда был самый короткий путь до одного из двух главных храмов. Сам драккар он планировал оставить в каком — нибудь укромном месте, а сам со всеми своими воинами собрался начать поход для завоевания этой земли.
Смотреть на казнь Сашка не пошел, хотя Дар его и звал. Рисмус получил заслуженное наказание, но злорадствовать или тем более наслаждаться мучениями своего врага Сашка не захотел. Может быть, поэтому и Дарберн долго не пробыл рядом с помостом, хотя каждый раз, выходя во двор замка, останавливался у тела всё еще живого Рисмуса. Стоял с мстительной улыбкой. А Сашка вышел из замка лишь когда узнал, что Рисмус, наконец — то, отмучился. Его тело еще торчало на колу, ожидая приказа графа о погребении. Вот только тогда Сашка подошел к месту казни и стоял, глядя на мертвого барона Севир. Лицо его оставалось бесстрастным, поэтому какие чувства обуревали виконта Ларского, никто не узнал. Больше о казненном Сашка не вспоминал, кроме случая, произошедшего в тот же день, когда он шел на плац. Сашка встретил во дворе замка рыцаря Ястреда и лицо его полыхнуло от замешательства. Он ведь забыл об Эйгеле. Каково мальчишке видеть казнь брата!
— Ястред, а как там Эйгель?
— А что ему будет? Работает, как и положено.
— А… он видел казнь?
— Нет, милорд. Накануне вечером, когда его привел в казарму барон Компес и передал мне, я отправил мальчишку на конюшню помогать конюхам. Там же он находится до сих пор.
— Он видел? Не выходил оттуда?
— Нет, милорд. Я нарочно его туда отправил, ведь он и так был не в себе после нахождение в камере смертников.
— Ястред, спасибо тебе. Ты молодец, а вот я забыл. И мне стыдно. Ты посматривай за Эйгелем. Ему сейчас очень трудно. Но он должен пройти через это. Сам пройти. Только проследи, чтобы над ним не издевались. Есть же такие, кто захочет поглумиться, покомандовать над бывшим баронетом. Хорошо?
— Да, милорд. Не беспокойтесь. Если увижу, то пресеку.
— Ястред, Дар говорил с тобой о Хелге?
— Нет, а что такое?
— Ему уже семнадцать. Воин он, говорят, хороший. Так?
— Да, милорд. В личной сотне графа он уступит немногим.
— Тем более. Не пора ли ему стать солдатом?
— Я уже думал об этом. И хотел предложить барону Компесу взять его в сотню.
— Граф сказал, мне положено иметь свой отряд. Он мне дает замок Броуди. А туда нужны солдаты. Отдашь мне Хелга?
— Если так нужно вашей милости…
— Ястред! Пожалуйста! Не надо так официально. Меня от этого всегда коробит. Не привык я ко всему этому, тем более от тебя. Давай будем проще.
— Милорд, проще я не смогу. Но… постараюсь.
— Спасибо. Так как насчет Хелга?
— Мне хотелось, чтобы он был рядом со мной. Он мне как сын. С девяти лет. Думал, что со временем десятником, как его отец, станет. Но вам отдам. А кто будет командиром вашей полусотни?
— Пока никто. На первых порах будет только десяток. А десятником я хочу… Хелга.
— Но…
— Да, я понимаю, что опытным солдатам будет не очень удобно оказаться под началом вчерашнего оруженосца. Но ведь ты говорил, что Хелг мало кому уступит из графской сотни. Пусть сам подберет себе десяток. Из таких же молодых. А затем… Скажу лишь тебе. Об этом знает только граф. Я хочу со временем, чтобы Хелг был командиром моей полусотни. Не сразу, конечно.
