Путь сквозь лес полностью

– Я... я продолжала думать о девушке – вчера весь день... да и позавчера несколько раз вспоминала... Вы знаете, то, что она зашла в отель, возможно, не имея денег, а затем...

– Сколько стоит там сейчас одноместный номер?

– Не знаю точно. И вы снова притворяетесь! Вы отлично осведомлены, что я заказала двойной, признайтесь? Двойной на две ночи. Вы все узнали у О'Кейна – вы противный, сующий везде свой нос сыщик!

Несколько секунд Морс напряженно смотрел на нее.

– У вас прекрасные элегантные ноги, – сказал он просто, но она почувствовала, что ее выпад задел его. И внезапно, как-то совершенно иррационально, ей захотелось, чтобы он пересек комнату и взял ее за руку. Но он не сделал этого.

– Кофе? – энергично спросил он. – Боюсь, что у меня только растворимый.

– Некоторые предпочитают растворимый.

– А вы?

– Нет.

– Я не осмеливаюсь предложить вам бокал вина.

– Почему это, скажите на милость?.. Прекрасное вино, – сказала она через минуту или около того.

– Неплохое, да? Хотя надо его немало выпить, чтобы оценить. В малых количествах – никакого толка.

Она обаятельно улыбнулась:

– Я вижу, вы уже разделались с кроссвордом.

– Да. По понедельникам он всегда легкий. Вы знаете об этом? Они составляют его, исходя из предположения, что в понедельник утром у всех туман в голове.

– Многие покупают "Таймс" только из-за кроссворда.

– Пожалуй.

– А также из-за писем, разумеется.

Морс внимательно посмотрел на нее.

– И писем тоже, – не сразу согласился он.

Клэр развернула свой экземпляр газеты "Таймс" от 13 июля и прочла вслух заметку на первой странице:

– Вы наверняка уже прочитали это письмо?

– Да. Беда только в том, как сказали мистер и миссис О'Кейн, что за всем не уследишь. Даже за десятой частью поступающей информации. К счастью, множество сообщений совсем идиотские... – Он развернул свой экземпляр газеты и начал читать еще раз упомянутое "остроумное предположение". – Умно, умно проанализировано, – заметил он.

– Наверняка очень умный парень – тот, кто написал его.

– Простите? – сказал Морс.

– Парень, что написал это письмо.

Морс прочитал имя вслух:

– Мистер Лайонел Риджис? К сожалению, не знаком.

– Может быть, с ним никто не знаком?

– Простите?

– Посмотрите на адрес!

Морс снова заглянул в страницу и покачал головой:

– Я плохо знаю Солсбери.

– Это мой адрес!

– Правда? Не хотите ли сказать, что это вы написали письмо?

– Хватит! – она почти взвизгнула. – Его написали вы! Вы видели мой адрес в регистрационной книге в Лайм-Риджис, вам потребовался адрес для этого письма, в противном случае ваши – ваши "остроумные предположения" не были бы напечатаны. Я права?

Морс промолчал.

– Все-таки письмо написали вы? Пожалуйста, ответьте мне!

– Да.

– Почему? Почему вы пошли на такую глупую ложь?

– Я всего лишь... Ну, я просто подхватил то, что крутилось наверху в моем сознании, вот и все. А там – там были как раз вы, Клэр. На самом верху.

Он говорил очень просто и спокойно, и, пока говорил, взгляд его переместился с ног на ее лицо; весь гнев, вся неприязнь отлетели от нее, напряженность в плечах чудесным образом пропала, и она откинулась назад в мягкие объятия диванчика.

Долгое время ни один из них не говорил ни слова. Затем Клэр выпрямилась, допила свой бокал и встала.

– Вам нужно идти? – спокойно спросил Морс.

– Да, и побыстрее.

– У меня есть еще бутылка.

– Только если вы обещаете хорошо себя вести.

– То есть если я буду говорить вам, какие красивые у вас ноги?

– И если вы снова поставите эту пластинку.

– На самом деле компакт-диск. Брукнер. Восьмая.

– Так вот что это было? Я не очень уж и промахнулась, согласны?

– Действительно, вы были очень близки, – согласился Морс.

Затем самому себе: "Да, очень, одну или две минуты".