Путь сквозь лес полностью

После того как заместитель и Джонсон удалились, Стрейндж, в свою очередь, пожелал Морсу продолжить и развить успех, тонко подметив, что теперь, обнаружив тело, Морсу осталось обнаружить только убийцу. А уж Стрейндж постарается составить маленький, миленький отчетик и послать его окружному начальству. Никаких проблем! Затем они вместе посадят в дерьмо пройдох-защитников и засунут этого гада в задницу на всю его оставшуюся жизнь. Будь на то его, Стрейнджа, воля, он затянул бы веревку на подлой шее убийцы.

– Так же, как нам не удалось повесить "бирмингемскую шестерку", – спокойно прокомментировал Морс.

На следующее утро, в субботу 18 июля, Морс вел себя, как определил Льюис, несколько отстраненно, несколько сдержанно. Обычно его шеф начинал любое дело уверенно, с оптимизмом, нисколько не сомневаясь, что все пойдет отлично с минуты на минуту, задержка только в данный момент.

– Не столь уж много отсюда можно извлечь, сэр, – кивнул Льюис на две красные папки с материалами дела, лежащие на столе.

– Ты знаешь, свое домашнее задание я тоже сделал.

– Откуда начнем?

– Трудно сказать. Вообще-то мы должны подождать, что скажет Макс, прежде чем приниматься всерьез.

– Всякие штучки с ДНК, вы хотите сказать?

– ДНК? Да он не знает, что это значит!

– Когда будет готово заключение?

– Сказал, что сегодня.

– Что скрывается за термином "сегодня"?

– Сегодня вечером, – пожал плечами Морс. Но внезапно выпрямился в кресле, снова обретя, судя по всему, энергию, вынул серебряный "паркер" и продолжил, делая при этом пометки: – Есть несколько человек, с которыми мы должны повидаться в ближайшее время.

– Кого вы имеете в виду, сэр?

– Кого? Та-ак, номер первый – это тот приятель, что нашел рюкзак, – Далей. Мы пропустим его показания через мелкое сито. Мне с самого начала не нравилось, как они звучат.

– Вы же с ним не встречались, не так ли?

– Номер два. Женщина из Молодежной христианской ассоциации, беседовавшая с Карин перед тем, как та отправилась в Оксфорд. Ее показания звучат хорошо.

– Но вы никогда...

– Я говорил с ней по телефону, Льюис, если тебе это интересно знать. Она хорошо все объясняет – вот и все, что я сказал. Ты не возражаешь, надеюсь?

Льюис улыбнулся про себя. Хорошо снова быть в упряжке.

– Номер три, – продолжал Морс. – Нам предстоит очень долгий разговор с этим приятелем из Витхэма – Одинокий рейнджер или как там его называют?

– Главный лесничий, сэр.

– Точно.

– Вам он понравился?

Морс перевернул кисть ладонью вверх и посмотрел на свои испачканные чернилами пальцы.

– Он практически точно указал нам, где она лежит, не правда ли? Сказал нам, где он спрятал бы тело, если бы...

– Конечно, он вряд ли сделал бы это, если бы прятал сам. Фактически это самообвинение!

Морс ничего не ответил.

– Свидетели, которые заявляют, что видели ее, сэр, – будем снова перепроверять их?

– Сомневаюсь, но... На всякий случай запишем их под номером четыре. И номер пять – родители...

– Только мать, сэр.

– ... в Упсале...

– Сейчас в Стокгольме.

– Да. Мы должны ее повидать.

– Сначала мы, конечно, должны сказать ей, сэр.

– Если это Карин, ты хочешь сказать?

– На самом деле вы не очень в этом сомневаетесь, сэр?

– Не сомневаюсь.

– Насколько я понял, вы поедете туда сами? Я хочу сказать, в Стокгольм.

Морс поднял глаза, явно удивившись:

– Или вы, Льюис, или вы!

– Весьма любезно с вашей стороны, сэр.

– Совсем не любезно. Просто я боюсь летать на самолетах – ты отлично это знаешь. – Но голос у него снова стал печальным.

– С вами все в порядке? – спокойно спросил Льюис.

– Скоро будет – не волнуйся! А теперь интересно было бы знать, работает ли мистер Далей по-прежнему в усадьбе Бленхэйм.

– Суббота. Скорее всего, у него выходной.

– Да... А его сын – Филип, кажется? – парень, который неожиданно получил подарок на день рождения – фотоаппарат Карин Эрикссон. В прошлом году он еще учился в школе.

– Наверно, и сейчас учится.

– Нет, неточно выражаешься, Льюис. Государственные школы в Оксфордшире закончили учебный год вчера, семнадцатого.

– Откуда вы об этом узнали?

– Позвонил и узнал. Вот откуда.

– Хорошо же вы посидели на телефоне! – заявил Льюис со счастливым лицом и встал – пошел заводить машину.

Когда Льюис вел машину по А44 в Бегброк, он невольно скосил глаза влево, как только Морс вскрыл конверт, вынул листок с рукописным текстом и начал читать его; не в первый (факт), и даже не в четвертый раз: