Святозар сидел и смотрел вслед широко шагающему правителю, затем он медленно перевел взгляд на Велея, посмотрел в его нежно-голубые, наполненные мудростью очи и как сказал отец, поведал обо всем, что тревожило и беспокоило его душу.
И долго они сидели, под сенью дуба, негромко беседуя. Велей был не просто великим ведуном, но был еще и очень умным, знающим человеком, который вызывал в слушающем его не только уважение, а даже какой-то тревожный трепет. В конце разговора Велей положил свою руку на голову наследника, и, словно успокаивая его, погладил нежно по волосам, так как никто никогда еще не гладил Святозара. И юноша как будто наполнился изнутри светом и теплом исходящим от старца. А когда Святозар успокоился, Велей рассказал ему, как наследник должен себя вести на Синь-камне и, что должен говорить. И проведя старческой рукой, по лицу Святозара, отпустил с миром.
Наследник поднялся со скамьи, поклонился старцу и пошел в стан. Дойдя до костра, где расположились мирно беседовавшие Стоян, Лель и Искрен, бесшумно лег на землю и закрыл глаза. Стоян наклонился над другом, осторожно приподнял голову и положил под нее свернутый плащ, а когда потревоженный Святозар открыл глаза, Искрен спросил:
– Ты, может, поешь?
– Нет, – чуть слышно ответил наследник. – Мне надо подумать, не беспокойте меня.
– Хорошо, – молвил за всех Стоян, сел рядом с головой наследника, точно оберегая его покой, а Искрен понизил голос до шепота и продолжил прерванный разговор с Лелем.
Святозар сызнова сомкнул глаза, и, прислушиваясь к себе, вспомнил разговор с Велеем. Старец, так же как и наследник был уверен, что раз велят Боги и указывают путь излечения, то ему надо отправляться в страну Беловодья. Велей добавил, что хотя путь туда труден и опасен, но Святозар обладая таким великим даром, обязательно его пройдет. Старец также сказал, что хотя правитель и не желает, пока слышать об Беловодье, но все, же спустя какое-то время поймет, что это необходимо его сыну, и не будет противиться воли Богов, а до этого времени Святозару нужно набраться терпения, и, пожалев отца, покуда не тревожить его. Велей также объяснил наследнику, что его способность выпускать в странствию душу, необыкновенна, это дар которым отмечаются лишь великие ведуны или любимцы Богов. И пронзительно глянув на юношу дополнил: «А зная, что ты вернулся с Ирий-сада, можно говорить именно о том, что обладая даром ведуна, ты еще есть и любимец Богов». Велей вновь замолчал, а немного погодя продолжил: «Помни главное Святозарушка, тебе нужно научиться слушать свою душу, понимать ее и главное верить ей. Потому что душа наша мудра, она живет на свете не первую жизнь и не последнюю. Она уже жила здесь, живет сейчас в этом теле и будет жить потом уже в другом зримом образе. Точно также как наш Бог Велес, живет не первую жизнь. Он подобно человеку терял свое тело, а после нанова возрождаясь, жил в новом образе. Только потому что он Бог душе его не было подвластно забвение, и каждый раз возрождаясь вновь, он помнил, кем был прежде. Но людям не дано помнить прошлые свои жизни, оно как обремененные прожитыми болями и горем, они не смогут жить и радоваться, любить и плодить детей. И все время, оборачиваясь назад, не смогут двигаться вперед».
Глава тридцать пятая
Весь следующий день Святозар, был сам не свой, он очень волновался, точно также, как и перед испытание в Сумрачном лесу, да, нет!.. еще сильней. Тогда на испытание он шел совершенно здоровым, а нынче был болен. Он сказал отцу, что выдержит церемонию, однако сможет ли выполнить обещанное. Ведь только наследник знал, какую он испытывает боль, каждый раз, когда открывается рана, словно опять в сердце втыкается острый клинок кинжала. Но теперь он будет стоять там, на Синь-камне, он не сможет обессиленный болью даже присесть. А что если и вовсе упадет в обморок, подведет отца, который столько сделал чтобы сюда его привести.
