Самир остановился рядом с ничем не примечательным особняком и вышел из своей шикарной машины. Постучав в дверь, он зашел внутрь и удивленно присвистнул. Весь особняк был обставлен антикварной мебелью, на стенах висели редкие картины — вся обстановка кричала о богатстве его хозяев. Он бывал во многих богатых домах, но столько золота и антиквариата в одном месте никогда не видел. Словно попал в лавку торговца старинными дорогими и ценными предметами.
— Самир? Я ждал твоего визита, — навстречу ему вышел старик в плотном халате. Несмотря на домашнюю одежду, от него так и веяло властностью, — проходи, поговорим.
Он, спокойно повернувшись спиной, направился по полутемному коридору, ведя Самира за собой. Поднявшись на второй этаж, старик открыл дверь в кабинет и, устроившись за столом, кивнул ему, указывая на кресло.
— Рад видеть вас в добром здравии, Гуидо, — слегка поклонившись, произнес Самир, и внутренне поморщился: непривычно ему быть просителем, но он не в том положении, чтобы разговаривать по-другому.
— Да, годы берут свое, — причмокнул губами Гуидо, — но я все еще жив, и по- прежнему обладаю властью в агрике, хоть, как ты знаешь, и отошел от дел, — его выцветшие глаза смотрели на Самира уверенно и твердо, — если ты пришел ко мне, то, скорее всего, не знаешь, к кому еще обратиться. Я сделал правильный вывод?
— Все так, Гуидо. Я не хотел беспокоить вас, но многие из людей агрики погибли. Те, кого я знал, — уточнил Самир на всякий случай, — думаю, до вас дошла информация о смерти Котора?
— Мы все скорбим об этом, — Гуидо на мгновение прикрыл глаза, — но в этом есть и твоя вина. Ты не снабдил его полной информацией. Котор решил, что мальчишка — слишком легкая добыча, и за ним никто не стоит. Но, — он выставил перед собой сухой узловатый палец, — это оказалось не так!
— Я не вижу за собой вины, — проявил свой гонор Самир, — все, что я знал, я рассказал Котору, — твердо ответил он.
— Это уже дело прошлого, и Котора не вернешь. Хотя, по правилам агрики, виновный в его смерти должен быть наказан, — и Гуидо снова внимательно посмотрел на Самира, отчего у того по спине пробежал легкий холодок.
— Это все проклятый мальчишка! Он всегда выходит сухим из воды. Вы должны уничтожить его! — в ответ завелся Самир, — я готов заплатить пятьдесят тысяч альтов!
— Да, да. Во всем виноват пресловутый Семи. Я не спорю с тобой, но твое нездоровое желание избавиться от него меня настораживает. Чем он так опасен, что ты безумно жаждешь его смерти? О чем ты недоговариваешь?
— Ничем. У меня с ним просто личные счеты. Я сам понимаю, что сейчас для меня это уже не так важно, как раньше. У меня был план провести показательный суд и порку в его лице всех жрецов. Не вышло, — Самир развел руками, — знаю, агрика не прощает тех, кто виноват в гибели их членов. Из-за Семи погибло двое! Именно он является причиной. Здесь нет моей вины, и я готов оплатить деньгами вашу месть.
— Понимаю, лучше расстаться с деньгами, чем с жизнью, — Гуидо слегка усмехнулся. — Нас в агрике осталось не так уж много. И гибель двух далеко не последних человек, занимавших важные посты, весьма болезненна. По старой дружбе, — он кивнул, глядя на Самира холодными глазами, в которых не было и отблеска сочувствия, — у нас вчера был сбор именно по этому поводу. Место главы пока свободно, им мы займемся позднее, а пока разговор шел о Семи. Я предлагал оставить его в покое, — видя, что Самир хочет возразить, Гуидо махнул рукой, останавливая его, — месть хороша в свое время. Не стоит спешить. Но нас, из старой гвардии, осталось слишком мало. Большинство членов агрики слишком молоды и горячи. Мне не удалось убедить их в своей правоте, как я ни старался.
— Совет принял решение убить Семюселя? — перебил его Самир.
— Принял. Хотя я считаю это неоправданно рискованным мероприятием. Там идет война, и это будет непросто осуществить.
— Как раз на войне это не должно быть проблемой, — довольно возразил Самир. Он-то проблем здесь не видел. Во время боя всякое случается, и ему уже доводилось пользоваться подобными ситуациями, чтобы устранить куда более значимых людей, чем Семи.
— Да, но такое убийство противоречит духу агрики. Мы должны показательно казнить виновного в гибели наших соратников, а не просто прикончить ударом в спину во время боя.
— Что ж, вы меня порадовали. Я от своих слов не отказываюсь, и по-прежнему готов выплатить денежную премию за голову Семи, — Самир, не дожидаясь Гуидо, встал, показывая, что считает встречу законченной, — жду от вас хороших новостей. Как только они поступят, я передам вам оговоренную плату.
— Сядь, — жестко проговорил Гуидо, — мы еще не закончили!
Самир, не ожидавший такой резкости, сел обратно на стул и удивленно посмотрел на своего собеседника.
— Решение принято, но я по-прежнему могу наложить свое вето на него.
— Как же я мог забыть, — усмехнулся Самир, приходя в себя, — патриарх Гуидо. Так что вы хотите от меня? Да, я заинтересован в смерти Семи, но, как уже сказал, совсем не так сильно, как раньше. Что вам нужно — деньги, услугу?
