— Именно поэтому руководство так спешит выступить. Главная задача — разбить как можно больше отрядов, чтобы, даже если и появится старший жрец Нургала, войск у него было уже существенно меньше.
— Я боюсь за тебя, — произнесла она, положив голову мне на грудь, — я так долго ждала нашей встречи, и я не разочарована, — она улыбнулась и быстро поцеловала меня в губы.
— Только «не разочарована»? — сделав вид, что обиделся, поинтересовался я.
— Ну… я хотела бы сказать, что счастлива. Но мама всегда твердила, что такое нельзя говорить мужчинам — вы слишком расслабляетесь после подобного признания.
— У тебя очень мудрая мама, — я согласно кивнул головой, — боюсь даже представить, чего еще она тебе насоветовала.
— Не переживай, у тебя еще будет возможность познакомиться с ней, — произнесла она и вдруг всхлипнула, — если мы выживем!
Пришлось долго успокаивать ее, а затем полночи доказывать, что я полон сил, и что такому удалому мужчине ничего не может грозить.
Пфальц явно не выспался. Он стоял у входа в здание стражи и формировал роты.
— Так, ты пока в своем отряде, — заявил сержант мне, — а ты, — он кивнул Полю, как равному, по идее, так и было. Звания у них точно были одинаковые, — ты приписан к другой роте, тебе доверяют отряд. Так что видеться будете редко, прощайтесь — и через час выдвигаемся.
Поль обнял меня и побежал искать свое новое место службы, я же, кивнув своим сослуживцам, остался ждать команду на выдвижение.
Колин, как всегда, что-то кому-то рассказывал, не останавливаясь. Горт стоял рядом со мной молча, и мне было приятно, что у меня есть такой надежный товарищ.
Для меня все это было в новинку. На борта грузовиков мы закрепили наши копья — так, чтобы в случае столкновения быстро их выхватить. Пфальц пообещал устраивать нам на привалах тренировки по быстрому реагированию.
Грузовик был один на три отряда. В кузов загрузили продукты питания, а в кабине вместе с водителем устроился лейтенант Мортон, который всячески избегал смотреть в мою сторону. Как сообщил вездесущий Колин, двигаться мы будем по дорогам, поэтому грузовик будет нас сопровождать, освобождая от необходимости тащить тяжелые рюкзаки и копья.
Первый день в пути прошел достаточно спокойно. Погода была хорошей, светило солнце, но при этом было не слишком жарко. Шли мы без обеда: раздали сухой паек, у каждого была фляжка с водой, так что подкрепились мы на ходу. По словам вездесущего Колина, по другой дороге, практически параллельно нам, шел второй полк.
Впереди двигался отряд, состоящий из жрецов и магов, а мы находились в самом конце колонны. За день прошли порядка сорока километров, что, на мой взгляд, было весьма неплохо, особенно если учесть, что до северной границы около трехсот километров. Сомневаюсь, что дальше будет так же легко.
Время коротали за болтовней, по сторонам особо не смотрели. Как заявил Горт, это не наша забота. Для этого есть разведка и маги, мы же так — простая пехота.
Вечером, достав палатки из машины, мы занялись обустройством лагеря и, после сытного ужина, разбрелись по палаткам. Пфальц распределил дежурства. Мне повезло, и уже к двенадцати часам ночи, сменившись, я завалился спать.
Самир отложил бумаги и задумался. С этим Семи вечно все шло наперекосяк. Он раздражал, как вредная маленькая заноза, которая забралась глубоко под кожу, и необходимо серьезно расковырять рану, чтобы ее извлечь.
Этот парень умудрился снова вывернуться и остаться в живых. При этом погиб глава агрики, с которым Самир привык вести дела. Неизвестно, как примут его в агрике новые люди. Кто он для них? Отставной начальник службы безопасности княжества, с каждым днем теряющий свое былое влияние? Нет, кое-какие рычаги воздействия у него, безусловно, еще остались, но их мало, и с каждым днем все меньше и меньше.
Резко поднявшись, Самир направился к выходу из дома. Надо решать вопрос с этим парнем. И решать радикально. У него еще найдется, что предложить агрике. Нельзя оставлять эту ситуацию неразрешенной. Его бывший заместитель, занявший должность начальника службы безопасности, с каждым днем все сильнее отдаляется и забирает все больше власти. Если сейчас еще есть шанс занять свое прежнее место, то через месяц Самира уже не пустят на порог здания департамента. А там, глядишь, и скрываться придется.
«Нет, — Самир покачал головой, — пора окончательно закрыть этот вопрос, и не тратить больше на него свое время». Есть, конечно, желание махнуть рукой на Семи и ждать, когда бывший зам допустит какую-нибудь серьезную оплошность. Сейчас уже от смерти Семи мало что зависит. Но гордость не дает спустить это дело на тормозах.
