Джейми закончил просматривать бумаги, полученные от его знакомого масона, – очень похожие, насколько я могла видеть с борта корабля, на те, которые достались мне на Темерера, – и вернул их с благодарным поклоном, но унылым лицом. Мужчины обменялись еще несколькими фразами, пожали друг другу руки и разошлись.
– Все на борту? – осведомился Джейми, сойдя с трапа.
Слабый ветерок трепал синюю ленту, собиравшую сзади его густые волосы в хвост.
– Так точно, сэр! – отрапортовал мистер Уоррен с небрежным кивком, который на торговом судне сходил за отдачу чести. – Будем отплывать?
– Пожалуй, да. Спасибо, мистер Уоррен.
С легким поклоном Джейми отошел от него и встал рядом со мной.
– Ничего, – тихо сказал он.
Лицо его оставалось спокойным, но я ощущала всю глубину его разочарования. Разговоры, которые он вел за день до того с отбывающими срок подневольными белыми на рынке рабов, не дали никакой полезной информации. Плантатор-масон оставался последней надеждой.
Сказать тут было нечего, и я просто положила руки поверх его и слегка сжала. Джейми посмотрел на меня, слабо улыбнулся и расправил плечи, словно для того, чтобы камзол сидел на нем получше.
– Но по крайней мере кое-что я выяснил. Некий мистер Вильерс, владелец большой плантации сахарного тростника, три дня назад приобрел шестерых рабов у капитана корабля под названием «Бруха». Айена среди них не было.
– Три дня! – вскинулась я. – Но «Бруха» покинула Эспаньолу более двух недель назад!
Джейми кивнул, потирая щеку. Перед тем как выйти на люди с расспросами, ему пришлось побриться, и теперь гладкая кожа поблескивала над снежной белизной галстука.
– Так оно и было. А сюда прибыла в среду, пять дней назад.
– Иными словами, перед заходом на Барбадос судно побывало где-то еще! Нам известно, где именно?
Джейми покачал головой.
– Вильерс не знает. Он сказал, что потолковал с капитаном «Брухи», но тот не больно-то откровенничал насчет того, откуда пришел да куда следует. Правда, Вильерсу до этого не было особого дела. Он знал, что репутация у «Брухи» не самая лучшая, и если капитан торопится сбыть с рук рабов поскорее, можно сделать выгодное приобретение по сходной цене… Подожди. – Он слегка просветлел. – Вильерс показывал мне бумаги, купчие на приобретенных рабов. В том числе и оформленную на твоего раба.
– Мне бы не хотелось, чтобы ты его так называл, – возразила я. – Но ладно, не в этом дело. Что, они все одинаковые?
– Не совсем. В трех документах нет указаний на прежних владельцев, хотя Вильерс утверждает, что никто из невольников не прибыл прямиком из Африки: все хоть чуть-чуть, но изъясняются по-английски. В одном листе прежний хозяин вписан был, однако имя затерлось так, что его не разобрать. Но в двух других случаях оно одно и то же – миссис Абернэти из Роуз-холла на Ямайке.
– Ямайка? А далеко…
– Не знаю, – прервал меня Джейми. – Но мистер Уоррен выяснит. Может быть, это как раз то, что нам надо. В любом случае, по моему разумению, нам нужно туда завернуть, чтобы избавиться от груза, пока мы тут все не перемерли от смрада.
Он привередливо сморщил свой длинный нос и рассмеялся.
– Так ты похож на муравьеда, – сказала я.
Попытка отвлечь его увенчалась успехом. Джейми повернулся спиной к причалам Барбадоса и улыбнулся мне.
– Правда? Это что, зверь, который лопает муравьев? Сколько же ему нужно их сожрать, чтобы наесться?
– Полагаю, он их уминает целыми муравейниками. Впрочем, не думаю, что они хуже, чем хаггис.
Прежде чем продолжить, я набрала в грудь воздуха и тут же закашлялась.
– Господи, а это еще что?
«Артемида» уже отошла от грузовой пристани и скользила к выходу из гавани, но как только мы поймали ветер, со стороны берега повеяло удушливым смрадом, куда более резким, чем обычная для тропических портов смесь запахов мокрого дерева, рыбы и гниющих водорослей.
Я закрыла нос и рот носовым платком.
– Что это за вонища?
– Мэм, мы проплываем мимо кострищ позади рынка рабов, – пояснил Мейтленд, услышавший мой вопрос, и указал на берег, где из-за стены кустов восковицы поднимался белесый дым. – Они сжигают тела рабов, не выдержавших путешествия из Африки. Сначала сгоняют на берег выживших, а потом очищают корабль от трупов. Тела стаскивают на пристань, сваливают в кучу и сжигают на большом костре, чтобы избежать заразы.
Я посмотрела на Джейми и увидела на его лице тот же страх, который наверняка был написан и на моем.
– Как часто они сжигают тела? – вырвалось у меня. – Ежедневно?
– Точно не знаю, но сомневаюсь, чтобы часто. Наверное, раз в неделю.
Мейтленд пожал плечами и вернулся к своим обязанностям.
– Надо взглянуть, – предложила я голосом, прозвучавшим на удивление четко и спокойно.
Джейми побледнел. Он уставился на густеющую струйку дыма, поднимавшуюся из-за купы пальм. Губы его плотно сжались, на щеках появились желваки.
– Ладно, – наконец выдавил он из себя и приказал мистеру Уоррену лечь на другой галс.
