– А ты как будто не понимаешь?! Вот скажи, что они тебе пообещали? Конечно же, ты им нужна, у тебя же такие замечательные способности! Не то, что мы, да и всё остальное человечество!
– Ты можешь нормально объяснить, в чем ты меня обвиняешь?
– Я все слышал! Ты нужна осгарпитнулам, и скоро ты сама станешь осгарпитнулом! Ты дала свое согласие, они обсуждали это! Предательница!
– Ты совсем ненормальный? – воскликнула я. Это уже слишком! – Как я могу стать осгарпитнулом?! Я… Да я даже оправдываться не собираюсь! Видеть тебя не хочу!
Чувствуя, как от этих несправедливых обвинений у меня помутнело в глазах и кровь прилила к лицу, я влепила ему пощёчину, одну, вторую, третью. Однако он быстро схватил меня за руки и, больно сжав запястья, прижал к стене.
– Успокойся! Я не собираюсь с тобой драться! – глядя на меня сверху вниз, закричал он. Тяжело дыша, я посмотрела ему прямо в глаза, желая испепелить его взглядом. Он взирал на меня не менее гневно, но хватку ослабил, и я сама не заметила, как наши пальцы переплелись далеко не враждебно. Но, вспомнив, что он мне только что наговорил, я резко его оттолкнула.
– Отстань от меня! – воскликнула я, затем подошла к столику и, налив из стоявшего там графина воды, выпила залпом целый стакан. Только сейчас я обратила внимание на остальных агентов: они с явным любопытством наблюдали за нашей перепалкой и, похоже, не собирались вмешиваться.
– Ну, и что вы молчите? – обратилась я к ним. – Вы думаете то же, что и Лосось, да? Что я… Я не хочу это повторять!
– Нет, конечно, нет, – в один голос ответили Сельдь и Кефаль, и мне стало немного спокойнее, хотя всё ещё было не по себе.
– Лосось, ты уверен, что правильно понял подслушанный разговор? – слегка нахмурившись, вопросил Тунец.
В ответ он пробормотал нечто нечленораздельное и, хлопнув дверью, вышел из комнаты.
– И что на него нашло? – вздохнул Сельдь. – Золотая рыбка, ты хотя бы успокойся, никто не считает, что ты согласилась стать осгарпитнулом! В конце концов, это просто глупо! Он недостаточно хорошо знает их язык, чтобы правильно понять смысл сказанного.
– Я дала свое согласие только на то, чтобы мне на голову надели зеленый чулок, накрыли длинным плащом, и в таком виде я гуляла по их Королевскому дворцу, раскладывая по столам конверты. Вот где я была этим вечером, а про этот ваш план я узнала только сейчас! В чем я виновата?!
– Лосось неправ, и скоро он это поймет, – заметил Тунец. – И всё же ответь нам всего на один вопрос: ты на нашей стороне?
– Естественно, на вашей! А на какой же ещё? Если дело обстоит так, как вы сказали, тут и думать нечего! В любом случае, завтра с утра нам всем нужно поговорить с осгарпитнулами и добиться от них выполнения обещания. И, если у них есть хоть какие-то мозги, то они согласятся на все условия, какие были установлены ранее, ещё перед вылетом, на Земле. А сейчас можно я спать лягу? Я очень устала за сегодняшний день… – вздохнула я, поочерёдно глядя на моих собеседников. Кефаль сама то и дело зевала и, похоже, она изначально не была настроена против меня. Тунец перестал смотреть на меня так подозрительно, как раньше, и, похоже, был не прочь завершить спор. Сельдь также ни в чём меня не обвинял и не хотел конфликтов.
– Ладно, действительно, уже очень поздно, всем пора спать, – заключил Тунец и выключил свет, оставляя все проблемы на завтрашний день.
Однако, несмотря не усталость, я ещё долго не могла уснуть и лежала с открытыми глазами. После всего, что мне наговорили, меня не покидало тревожное чувство. Как быть, если всё это правда, и осгарпитнулам больше нет до нас никого дела? И что теперь, они захотят от нас избавиться? И как тогда им противостоять, здесь, на чужой планете, без всякой поддержки? Возможно, я им пока и, правда, нужна, и меня они не тронут, но от этого как-то не легче. Нет, они не могут так поступить, они должны сдержать своё слово! Вот завтра мы поговорим, и всё прояснится, я сумею убедить их выполнить обещанное и заняться поиском антивируса. Мне кажется, я имею на них определённое влияние и справлюсь с этой непростой задачей. Всё обязательно будет хорошо! Но почему же мне тогда сейчас так плохо? Ещё Лосось подлил масла в огонь, до сих пор его гадкие слова звенят у меня в ушах. Как он мог сказать, что я согласилась стать осгарпитнулом? Это просто в голове не укладывается! И он поверил в этот бред! А ещё вчера он называл меня самым близким человеком… Но я ведь никого не предавала! Я вообще ни о чём не знала! Да и сейчас ещё нельзя с уверенностью сказать, что осгарпитнулы собираются нас кинуть… Так, всё, хватит об этом думать, нужно спать, а то завтра никаких сил не будет на переговоры с нашими зеленокожими то ли товарищами, то ли противниками.
