Довольно острой проблемой стало для нас питание: не хотели человеческие желудки принимать инопланетную пищу. Кто-то ещё пытался проглотить их варёную осоку и жареный чертополох, а меня же сразу выворачивало при виде их национальных травяных блюд. И ещё они везде добавляли разные виды местной капусты, которая имела такой же противный запах, как наша обычная тушёная капуста, которую я всегда терпеть не могла. Подумать только, меня и на другой планете преследует этот запах! Спасали только фрукты, которые подавали на завтрак. Вот фрукты у них действительно вкусные! Но на фруктах и воде долго не протянешь, поэтому, как только наступил выходной день, и нас отпустили в город, мы сразу же вернулись на секретную базу и бросились поглощать нормальную земную пищу, запасы которой хранились на космических кораблях.
Как уже говорил Опаллиус, в неделе содержится пять дней, и называются они довольно просто: «ау» – первый, «уа» – второй, «уи» – третий, «уэ» – четвёртый и «уу» – пятый, то есть выходной. Мы прилетели в лабораторию в начале недели, в ау, а уже в уэ Серебвиль отправился на совещание. Опаллиус остался вполне доволен результатами нашей работы, потому Серебвиль решился заговорить об антивирусе. «Чтобы успешно восстановить второй, центральный блок усилителя, необходимо иметь достаточное количество антидигидровзвисида», – пытался убедить он директора и предоставил искусно подделанные результаты опытов, согласно которым наш антивирус является важнейшим звеном в цепи, обеспечивающей правильную работу всего мозгоусилителя. Заведя этот разговор, Серебвиль преследовал ещё одну цель – узнать о местонахождении этого столь нужного нам вещества на случай, если они всё же откажутся выдать его нам или же предоставят в слишком малом количестве. И ведь ему удалось узнать эту высокосекретную информацию! А помог в этом один небольшой приборчик, обнаруженный нами среди свалки деталей в нашем отделе. Вероятно, осгарпитнулы, разбиравшие завалы, не знали, что это за хитрый аппарат и какие он имеет уникальные возможности, потому так просто и оставили его валяться среди прочих ненужных вещей. А называется устройство «телепатор», то есть это прибор, ни много ни мало, читающий мысли. Мысль, вообще говоря, – это физико-химический процесс, протекающий в мозге, а значит, она создаёт некие колебания. Суть телепатора сводится к тому, чтобы уловить эти колебания и преобразовать их в доступный для восприятия вид, а именно в слова, фразы, предложения. Настроившись на нужного клиента (а это может быть кто угодно: человек, осгарпитнул, обезьяна, крокодил, фейа; главное, чтобы объём мозга не был ниже допустимого предела), телепатор анализирует колебания, которые создаются движением молекул мозга, и затем полученная информация поступает на особый аналого-цифровой преобразователь, который, в свою очередь, преобразует сигнал в последовательность цифр. Далее эти цифры передаются на шифратор, на выходе которого мы получаем буквы, которые выводятся на дисплей телепатора и являются точной копией мысли клиента. Таким образом, Серебвиль пронёс телепатор на совещание, незаметно настроил его на Опаллиуса и включил режим записи, так что в итоге мы имеем теперь текст всех мыслей директора лаборатории, пронёсшихся у него в голове во время беседы с Серебвилем. Особенно забавно было читать, как у него в зубах застрял стебель маринованного вьюнка, и бедный директор всё совещание думал о том, как бы его вытащить, но правила приличия не позволяли ему поковыряться в зубах на глазах у десятка подчинённых. Когда же речь зашла об антидигидровзвисиде, то Опаллиус подумал о некоем сейфе в третьем хранилище. Крайне неразумно с его стороны, но зато мы примерно узнали, где искать долгожданный антивирус! Но пока мы решили дождаться следующего совещания. Возможно, осгарпитнулы сами дадут нам это сокровище, если же нет, то придётся его выкрасть.
Сегодня же настал уу, выходной день, и можно, наконец, снять с себя жутко надоевшие костюмы, нормально поесть и отдохнуть на базе, ставшей для нас уже почти родной.
