И вот Васу, одетый в свои самые лучшие джинсы и отпадную новую блестящую куртку, пришел со мной к Сэму. И еще он сделал себе крутую прическу у местного парикмахера. Высокий блестящий кок впереди и выстриженный почти налысо затылок. И длинные штуки перед ушами. Васу всегда говорит, что к переговорам надо готовиться. На переговоры надо являться во всем самом лучшем. Чтобы те, с кем мы переговариваемся, не думали, что мы какая-то там шпана. И нас с ним сразу пропустили. Меня ведь уже вся охрана знала. Охранники на входе уважительно говорили мне: «Доброе утро, мистер Уэллс». Я теперь каждый день летал на имитаторе, едва ли не больше, чем их штатные пилоты-испытатели, Алекс с Наилем. С каждым разом мне все больше летать хотелось. У меня даже пальцы на руках по утрам сводило от нетерпения. Наверное, я маньяк какой-то. Ничего не могу с собой поделать. И голос внутри меня подгоняет. Он сказал, что никогда раньше не летал, только на каком-то «десантном коптере». На «муле». И то в качестве груза. И непонятно, кто из нас больше в небо стремится, я или он.
Когда я сижу за стеклянной стеной, рядом с худенькой черноглазой девушкой – ее зовут Надира, и ожидаю своей очереди, пока другие летают, то пью кофе. И сок. И минералку. Бисквиты ем. И чипсы. И вообще, все подряд, что мне Надира предлагает, в рот сую. Потому что мне руки занять нечем. И парни в белых халатах, что вокруг по своим делам мельтешат и все время из-за своих пультов непонятными словами перебрасываются, они смотрят на меня странно. Но не обидно. Я это чувствую. Я для них – непонятное существо, которое не знает, откуда оно родом, но при этом умеющее летать, как никто другой. Я для них – соломинка, позволяющая успешно завершить очередной этап испытаний. И они готовы мириться с любыми моими странностями, лишь бы работу не потерять. Иногда мне кажется, если я голым приду, они не удивятся. Решат, что так и надо. Будто я лабораторное оборудование какое. Одна Надира мне иногда дружески улыбается, когда в пульт свой не смотрит. И когда кофе мне наливает. И еще второй пилот – Наиль. Он тоже капитан, как и я. Он из ПВО. Так его Сэм отрекомендовал. Сам Сэм со мной все больше по делу общаться норовит. Ну, там, задание обсудить, о впечатлениях рассказать. Они всё-всё, что я после полета говорю, записывают и потом анализируют. Даже если я просто хихикаю глупо. Знаете, как бывает – спустишься на лифте, еще боевой костюм на себе ощущаешь, и ты еще не здесь, ты все еще – большая боевая машина, у которой вдруг ноги выросли. И чувствуешь себя при этом странно, и ведешь тоже странно. И всякие глупости выделываешь. А они все это летучими жужжащими штуками снимают. Наиль, к примеру, просто садится на пол, спиной к лифту, и никого к себе не подпускает. И головой трясет. А потом встает и идет пить энергетический коктейль. А Алекс, наоборот, будто из душа выходит. Спокойно и буднично. Все ему нипочем. Тут же выпивает стакан коктейля и идет в свою комнату спать до следующего полета. Будто все равно ему.
Когда мы с Васу в зал вошли, все на нас посмотрели. Особенно на Васу. А тот, молодец, делает вид, что ему все равно. Хотя я-то чувствовал, как ему не по себе было. Ведь все тут такое огромное. И необычное. Но потом все снова отвернулись и начали работать. Я же говорю: даже если я голым приду, никто не удивится.
А потом мы пошли к Сэму. И Васу ему сказал, что он мой «менеджер». И что надо бы им «кое-какие темы тет-на-тет перетереть». Сэм глянул на него и рот от удивления раскрыл. Наверное, это оттого, что на моем компаньоне была блестящая куртка, которая глаза слепила. И еще новая прическа. В общем, Васу не зря старался. Таким удивленным я Сэма еще не видел. И Сэм кашлянул, глаза отвел и на часы посмотрел. И сказал: «Ну что ж, прошу в мой офис, господа». И мы пошли. Впереди Васу, за ним Сэм и я замыкающим.
