Писатель, склонившийся над тетрадью поднял глаза. Странно, но, несмотря на легкую мутность, характерную для такого состояния, в них была отчетлива видна способность здраво рассуждать и мыслить. В зрачках Жбанса плясали искорки кристально чистого разума. Казалось, задай ему сейчас любой вопрос - и он тут же, не затрудняясь, на него ответит.
- Оп... янениня? Я т... трезв, как ст... стеклышко. Иди спать, Юки. А мне ещщще н... надо кое-что записать, перед сном, - писатель вновь склонился над своим блокнотом, и принялся черкать.
Девушка несколько секунд наблюдала, как он пытается работать, после чего встала и повернулась к лестнице, ведущей на второй этаж.
- Ладно. Спокойной ночи, - сказала она напоследок, и пошла искать себе комнату. Аса поплелся следом за ней.
- С... спокойной, - промямлил Жбанс, не отрываясь от черкания в тетради.
***
Ночь выдалась жаркой, и, по большей части, бессонной. Под окнами беспрестанно гремели и дребезжали самодвижущиеся кареты, и даже запертые ставни не могли как следует заглушить их гул. Юки задремала лишь под утро, когда стало чуть тише, и проснулась всего через три часа, чувствуя тяжесть в голове, так, будто это не Жбанс, а она вчера напилась до чертиков. На дворе стояли предрассветные сумерки, по подоконнику чуть слышно постукивал дождь. Чувствуя лишь раздражение и острое желание все бросить, и вернуться домой, чародейка поднялась с постели. Аса, посапывавший у нее в ногах, недовольно заурчал и закутался в край одеяла. Он просыпаться явно не спешил.
Юки как смогла привела себя в порядок, оделась, приоткрыла дверь комнаты, и прислушалась. Снизу доносились негромкие голоса, и редкое постукивание, какое бывает, когда ложка соприкасается с тарелкой. Спустившись, она обнаружила хозяина трактира и Жбанса, совместно корпящих над глубокими пиалами, с какой-то дурно пахнущей жижей. Писатель выглядел неожиданно свежо, как будто проспал всю ночь и хорошо отдохнул. А вот Людвиг вон Шанс представлял собой крайне скорбное зрелище. Услышав шаги на лестнице, он обернулся, поморщившись от боли кивнул, и вернулся к своему занятию. Пожалуй, в мешки под его глазами вполне вместилась бы вся вчерашняя прибыль трактира. Юки могла лишь надеяться, что выглядит лучше него.
- Доброе утро! - сказал Жбанс чародейке, и тут же снизил голос, видя, как болезненно на это отреагировал Людвиг. - Похмельный коктейль, - ответил он на вопросительный взгляд девушки в сторону его пиалы. - На кухне есть глазунья и орехи, если хочешь, - закончил он полушепотом.
Девушка кивнула и скользнула через дверь. Переложив на тарелку пару жареных яиц и захватив орехов для Асы, Юки вернулась обратно и быстро расправилась с завтраком. Жбанс, уже осиливший свою порцию неаппетитного коктейля, опять что-то писал.
- Выглядишь уставшей, - сказал он, бросая взгляд на Юки. - Может, пойдешь еще поспишь?
Чародейка отрицательно покачала головой.
- Сегодня мне надо наведаться на центральную площадь, в какое-то здание, напротив Городского Совета. Не хочу с этим затягивать.
- Хотите прикупить зеркалайп? - прохрипел хозяин трактира, уныло ковыряющийся ложкой в своей тарелке.
- Скорее, поговорить с теми, кто их делает.
- Зеркалайп? - писатель заинтересованно уставился на Юки.
- Специальный прибор, с помощью которого можно разговаривать с человеком, находящимся очень далеко от тебя.
- Вот так чудеса! Никогда о таком не слышал. Ты не против, если я составлю тебе компанию?
- Не против. Последишь за Асой, пока я буду разговаривать, - чародейка улыбнулась.
- Если, вдруг, все-таки решите покупать, не берите десятую модель. Деньги на ветер. После пятой, они ничего нового не придумали, - вставил свои пять копеек Людвиг.
- А вы как-то подобрели со вчерашнего вечера, - повернулась к нему Юки.
Хозяин трактира бросил на нее неуверенный взгляд.
- Скажем так - я внезапно переосмыслил некоторые ценности, - сказал он, и скрылся на кухне.
На то, чтобы разбудить и накормить Асу ушло еще порядка получаса. Енот остался явно недоволен таким положением вещей. Он зевал напоказ, всячески упирался, когда его пытались взять на руки и несколько раз как-то умудрялся притащить из кухни неглубокое блюдце, прозрачно намекая окружающим, что хочет чаю. Наконец, Юки удалось его убедить, что по дороге они обязательно заглянут в "Настоясий кидайский сяй", и Аса утихомирился.
- В следующий раз, когда куда-нибудь поеду, сдам тебя в приют для животных. А там енотов не поят чаем... - пригрозила ему чародейка напоследок, перед тем, как они вышли в город.