Благодаря графоману активному сейчас все крепче становится убеждение, что поэзия исчезла, что поэтов нет и не предвидится. Ситуацию не могут спасти ни графоманы обучающие, ни графоманы активные – народ, со своим глубинным чувством настоящего, которое не искоренить никакой попсе во всех ее видах, отторгает их.
Графоман умствующий. Этот вид – сообщающийся сосуд с графоманом обучающим, разве что не всегда имеет возможность обучить, хотя рано или поздно к этому приходит. Скажем так: графоман умствующий – нимфа графомана обучающего.
Да, они в самом деле любят литературу, но очень извращенной любовью, норовят подойти не спереди, и даже не сверху, а исключительно сзади, причем в самый неожиданный момент. Они глухи к истинной красоте языка, но их очень привлекают уродливые конструкции, на которых можно отлично поупражняться в словоблудии. Таким образом они поддерживают чувство собственной важности, а оно примирят их с собственной бездарностью.
И так же как графоман обучающий никогда не пригласит к себе стоящего поэта, так и графоман умствующий никогда не будет разбирать великие стихи. Он сделает вид, что не заметил, прошел мимо. Какой слон? Не было тут слона. Его уровень – поэты средней руки, середнячки всех окрасов, как правило, своя тусовочка.
Самое забавное, что среди графоманов умствующих огромное количество как филологов, так и литературных критиков. Оба два великие знатоки переливания из пустого в порожнее, отличаются чем? Правильно, именно характерным для всех графоманов отсутствием художественного вкуса и невозможностью его уже развить. То есть они берут нечто серенькое, как мышка, поднимают за хвостик, рассматривают и начинают рассуждать. Это самое серенькое уже издохло и начинает пованивать, «но этот, который вченый, он головой выше Лавры, и оттуда тот, который невченый, выглядит как мишь, простите, как крис… так зачем же???» (с).
Ладно, оставим великий фильм всех времен и народов в покое, но говорят умствующие графоманы именно так, как и Голохвостый в ожидании большого куша. «Я думала, в груди у вас шкворчит, а то шкворчала ваша папироска…»
По большому счету о поэзии могут рассуждать все, та самая пресловутая кухарка и даже дояр может. Беда только в том, что я примерно знаю, о чем они скажут. Так же я знаю, о чем скажет графоман умствующий, поскольку они тоже пользуются примерно одинаковыми лекалами для своего окружения. И, кстати, рассуждения дояра с кухаркой бывают гораздо свежее, чем у графомана умствующего.
Итак, дорогой падаван, я надеюсь, что весь предыдущий текст начисто отбил охоту заниматься рифмоблудием? Если нет, то давай тогда поговорим именно что о рифмах. Об этих проклятых созвучиях, без которых прекрасно обходятся наши маленькие цивилизованные друзья, у которых поэзии в нашем понимании нет вообще, есть только проза и ее разновидности.
Но почему-то некоторая не очень приличная и совсем себя не уважающая прослойка условно русских людей из года в год пытается рифму отменить.
На самом деле это такой маркер, который позволяет сразу оценить глубину глупости пишущего – иной раз такие бездны открываются, в которые даже смотреть не надо. Вот она, уставилась на тебя, как баран на новые ворота, и ни одного промелька мысли не видно.
Сравнительно недавно встретил очередное заявление очередной филологической дуры о том, что во всем мире идет поворот к стихам без рифмы и России негоже оставаться в стороне от мировых тенденций. Я только в затылке почесал – странно, именно эта девочка вызывала у меня некоторое уважение, но тоже оказалась дура-дурой.
Весь мир может делать что угодно, но лучше всего выучить русский язык, чтобы понять всю красоту силлабо-тоники и, особенно, наши великолепные рифмы, которые придают языку множество оттенков, лаконичность, законченность, глубину и своеобразие.
Они не поймут всего этого, не выучив русский, который, в самом деле, сохранил в себе невероятную мощь и глубину, несмотря на бесконечные волны инклюзий галлицизмов, англицизмов и прочего, простите, ненужного мусора. Сейчас идет волна вестернизации, девятый вал, цунами, готовая все уничтожить и разрушить.
Так вот, будем считать, что раз вы дочитали до этого момента, то все-таки решили писать стихи, несмотря на то, что вас скорее всего не оценят, что критики уже потирают руки и прицеливаются ястребиным взором, готовые разорвать ваших поэтических деток в клочья, что все давно уже сказано тысячу раз – вы решили писать.
По закону подлости на глаза вам незамедлительно попадается очередное творение бездарей про то, что весь цивилизованный мир…
Для начала посмотрите, что пишут апологеты отказа от рифмовки. Впрочем, можно и не смотреть, ничего хорошего они написать не могут. Это интересная закономерность – за отказ от рифмы радуют именно бездари.
По тому же самому закону всяческие художественные извращения больного человеческого ума очень любят особи, не способные даже лошадь нарисовать лучше трехлетнего ребенка.