Иер., 36: 10–12.
Очевидно, вся семья Шафана была в большой степени провавилонской и согласна с Иеремией, который безопасность Иудеи видел только в подчинении Навуходоносору. Поэтому Годолия был естественным выбором как правитель.
После падения Иерусалима об Иеремии, как известном представителе провавилонской точки зрения, должен был позаботиться Годолия:
Иер., 39: 11–14.
Годолия пытался восстановить порядок и уверить жителей Иудеи в том, что они могли бы жить мирно при Навуходоносоре. К несчастью, на это были возражения:
Иер., 40: 13–14.
Мотивы аммонитского царя неясны. Возможно, это просто был шанс завершить разрушение Иудейского царства в вековой памяти длительной враждебности. Возможно, он действовал от имени Египта. Падение Иерусалима могло только умножить происки египтян, чтобы удержать регион в смуте и тем самым связать силы халдеев.
Что касается Измаила, то, возможно, он не нуждался ни в каком особом подстрекательстве. Он описан следующим образом:
Иер., 41: 1…
Как член царской семьи, он мог желать восстановления царства с помощью Египта и своего собственного помазания на царскую власть.
Очевидно, Годолия был одним из тех благородных людей, которые не могут верить ни в какое зло, и он отказался поверить этому сообщению. Тогда его убили спустя всего лишь три месяца (или, возможно, один год и три месяца), как он вступил в должность.
Это была последняя соломинка, и после произошедшего не было больше никакого шанса для еврейского сообщества на этой земле.
Убийство Годолии сопровождалось общей резней верных ему людей, а те иудеи, которые бежали, должно быть, были уверены в том, что преступные действия Измаила навлекут на них новую беду.
На этот раз казалось весьма вероятным, что Навуходоносор не будет различать виновных от невиновных, но вырежет всех подряд, и, казалось, не было другой альтернативы, кроме как бежать в соседнюю страну, где халдейская сила уже не могла достигнуть:
