Казалось, мы танцевали всю ночь. Не отрывая от Демира глаз, я раскачивалась в такт музыке и ощущала себя как на шоу. Мне казалось чудесным то, как он ласкал мою шею и щеки. Он улыбался, и его глаза сияли.
– Ты не можешь насытиться танцами, Гюрсой, – сказала я, обращаясь к нему по фамилии. Мне нравилось называть его так. Это звучало довольно круто.
Он поцеловал меня в кончик носа, и я провернула то же самое с ним.
– Я не могу насытиться тобой.
Страсть между нами только разгоралась.
– Ты знаешь, что означают слова этой песни?
Когда он посмотрел мне в глаза тем же взглядом, я повернула голову влево и вправо. Знакомая песня, но мне было сложно на ней сконцентрироваться.
Я тяжело сглотнула, когда его глаза пронзили мои.
– Разве это не говорит о нас многое? – пробормотал он.
Я лишь кивнула в знак согласия.
Пока Демир крепче сжимал мою талию и притягивал меня к себе, я ощущала дежавю. Я никак не могла выбросить из головы ту сцену. Месяцами ранее в фермерском доме с большой миской кукурузы в руках. Когда мы смотрели «Восхождение к любви», та самая сцена, которую мы переживаем сейчас, по-явилась на экране телевизора. Главные герои обнимали друг друга и танцевали. Я тогда подумала, что он собирается меня поцеловать, но Демир выключил фильм и спровоцировал нашу ссору.
Даже сейчас, вспоминая об этом, я не могу удержаться от ухмылки.
– Что у тебя на уме? – спросил он, глядя мне в глаза.
Мне захотелось что-то сказать.
– Не знаю, может, это просто то, о чем думаешь ты.
Он медленно наклонился ко мне.
– Правда?
– Я не знаю, – настаивала я, поднимая голову и глядя на него.
Он указал на других людей, танцующих вокруг нас.
– Никто не смотрит на нас здесь, Ниса. Ты можешь вести себя свободно. Послушай, я не хочу, чтобы ты сдерживалась.
В ответ на его слова я закусила нижнюю губу и осмотрелась по сторонам. Гекче прислонила голову к груди Кана. Бахар и Эмре снова сидели на кожаном диване. Батухан разговаривал с какой-то девушкой в баре. Демир сказал, что это подруга Батухана. Но мне показалось, что он с ней флиртует. Хотя он постоянно говорил о Дениз, его флирту не было предела. Он выглядел так, будто вот-вот поцелует ее. Покачивая головой влево и вправо, ухмыляясь поведению Батухана, я еще раз огляделась вокруг.
Я более внимательно рассматривала других людей. Большинство из них были подвыпившими и довольно расслабленными. Все было как в том фильме. Все вокруг меня танцевали. Никто не смотрел на нас. Я перестала пялиться по сторонам и снова заглянула лицо Демира, не в силах ему сопротивляться.
– Тогда я называю
Я потянулась к нему и поцеловала.
– Давайте вознесемся к любви.
Прикосновение к его сердцу – гораздо более прекрасное чувство, чем поцелуй. Я почувствовала движения пьянящих губ Демира на своих губах и расслабилась в его руках.
Обхватив его шею, я сократила расстояние между нами и поцеловала его с еще большей страстью, не в состоянии уследить за ритмом своего быстро бьющегося сердца. Огонь, пронзавший мое лицо, меня не беспокоил. Напротив, ощущение горячего дыхания на его губах было лекарством от холода. Я думала, что это того стоило. Демир действительно освободил меня. Он заставил меня чувствовать. Мне не было страшно рядом с ним, я не чувствовала страха. Я знала, что он спасет меня, как супергерой. Потому что сегодня, перед этим шоу, в очередной раз он доказал свой героизм и унял мою боль.
Несмотря на то что песня закончилась, я не могла от него оторваться. Тут нас отвлекли. В нашу сторону летел нут, я не могла понять, откуда он взялся.
– Там семья, семья! – крикнул Батухан.
Когда мы обернулись, он держал нут в руке. И мы увидели, как он посыпает нас как на свадьбе. Я покраснела от смущения. А Батухан наслаждался тем, что испортил момент.
– Батухан! Я только настроил ее на нужный лад, а ты такой засранец. Смотри. Как тебе не стыдно, сынок. Какой же ты засранец.
Батухан невозмутимо подбрасывал нут в воздух и пытался ловить его ртом.
– Никто, кто видел меня воочию, не сможет не полюбить меня. Клянусь, я стану Бихтером Зиягилем. Вот увидите.
Мы с Демиром подумали, что вряд ли Батухан пойдет на такое, но он сделал новое движение, которого мы даже не ожидали: он вскочил с кресла, в котором сидел, и рухнул перед нами.
– Я умираю, пойми! Я умру, прежде чем смогу воссоединиться с моей Дениз. Она не обращает на меня внимания, спаси меня, Железный человек![32]
Пока Батухан подражал Бихтеру Зиягилю, я смеялась, а Демир старался не обращать внимания на него, на его руки, цепляющиеся за ногу. Это было невозможно забавно, потому что он обхватил его ногу, как коала.
Когда Демир не выдержал и посмотрел на Кана и Эмре, словно прося о помощи, оба поднялись со своих мест и схватили Батухана за воротник футболки и потянули вверх.
– Вставай. Ты опозорил нас, – сказал Эмре.
