Через час после взлета меня отпустило и руки, наконец перестали дрожать. Надо же… у нас все получилось. Дальнейшая часть плана была простой как велосипед, и никаких неприятностей мы уже не ждали. Налили в бокалы виски и выпили за успех, который казался таким близким. Еще часа три, и все будет окончено, ведь вряд ли по нашу душу поднимут истребители. Напарник прижимал к себе чемодан с неожиданно детским и счастливым лицом. Никогда не думал, что этот бородач вообще может так трогательно выглядеть. Хотя знал я его недолго. Познакомились мы всего сутки назад.
Кажется, я заснул, а проснулся от того, что у меня свело живот. После нервной встряски со мной такое бывает. Прошел в хвост мимо спящего товарища, отметив, что самолет явно снижается, сел на толчок, а пришел в себя весь в дерьме и кровище из рассеченной брови.
И в итоге все сдохли быстро, а у меня впереди километры тайги, мороз и медленная смерть от переохлаждения или от зубов хищников.
Из всех, кто реально был виноват в произошедшем: бог, пилот и чертов чемодан, доступен для ярости оказался только последний. Я орал на него, брызгая слюной, пока не понял, как тупо сейчас выгляжу.
Потом долго спускался с вершины под пронизывающим холодным ветром уже никуда не спеша. Дурак. Лучше бы работал мышцами вовсю, потому что холод пробрался под «полярную» куртку неожиданно быстро, а взмокшая спина сыграла свою подлую роль. Заплутав в черном ночном лесу, я понял, что надо остановиться, а то могу окончательно потерять направление. Кое как разжег костерок, надеясь, что он спасет меня от холода и волков, и прикорнул, казалось, всего на чуть-чуть… но проснулся под утро уже совсем больным. Зубы стучали то ли от холода, то ли от озноба, но температура тогда еще была не слишком высокой. Я даже надеялся, что пронесет. Силы еще были и, определив направление по солнцу, я поплелся дальше через бесконечную череду елок, надеясь, что пилот не был совсем уж засранцем и что направление разбитого самолета все-таки указывало на нашу конечную цель.
То ли жар, то ли отчаяние заставили меня разговаривать вслух. Возможно, это был лучший способ не впасть в отчаяние и не сдохнуть прямо тут, завернувшись в сугроб как в саван. Я разговаривал вслух сначала с богом, проклиная его за все это дурацкое стечение обстоятельств. Ну почему тот подыхающий мужик вышел именно к нашему пикнику? Не случись этого, мы бы сейчас спокойно попивали бы пивко в своих домах и думать не думали бы о чемодане с миллионами внутри.
Так нет же. Юморист на небесах знает, перед кем какую морковку повесить. Выбирает испытания ровно по силам и совести. Только вот этого трогательного счастливого бородача почто, ты, боженька, ухлопал?
Потом мне явился напарник. Наверное, это был уже бред, хотя, может, я и специально придумал его себе как малыш Карлсона. Вдвоем все-таки лучше идти. Говорил в основном я. Напарник молчал, ухмыляясь в бороду. А ведь это он, гад, меня на все сподвиг. Когда мы поняли все, что рассказал нам умирающий, тот бородач так посмотрел на меня своими пронзительными голубыми глазами, и я понял, что буду потом бесконечно себя корить всю оставшуюся жизнь, если просто плюну, забуду про все и уеду домой.
И вот к исходу второго дня после крушения, когда призрак бородатого меня окончательно покинул вместе с остатками сил, мое внимание целиком и полностью опять поглотил чемодан.
– Будь ты проклят! – прошептал я непослушными губами и без сил опустился в снег.
Когда он мне ответил, я понял, что жар окончательно меня доконал.
– Ты действительно так считаешь? Ну выкини меня и посмотрим, далеко ли ты уйдешь. Я твоя единственная связь с жизнью, придурок.
Аккуратный кейс из коричневой кожи молодого дерматина из магазина «все по пять баксов». Потому что два идиота, отправившиеся на ограбление только в последнюю минуту поняли, что забыли взять с собой сумку. Продумали все мелочи, кроме этой. И вот это прямоугольное воплощение всей убогости китайской фэшн-мысли еще смело мне возражать!
– Да если бы не ты, меня бы вообще тут не было! – возмутился я.
– Был бы. Как все дороги вели в Рим, так ты никогда не смог бы избежать того, чтобы сидеть сейчас под этой елью в сугробе. Идея обо мне настигла тебя в любом случае, даже если бы ты вообще не поехал на рыбалку. Она бы проникла в твой мозг через семичасовые новости или через заметку на твоем любимом новостном портале. Я в любом случае конечный итог твоего существования в любой ветви вероятности.
– То есть даже ты считаешь, что я тут сдохну? А вот хрен тебе! – крикнул я, разозлившись.
– Тише ты, придурок. Волков привлечешь! Сдохнешь ты или нет, зависит только от тебя, но даже если дойдешь до цели, то я все равно буду самым значимым событием всей твоей глупой жизни. В ней просто не будет ничего, что может сравниться со мной.
– Не слишком ли ты высоко себя ставишь?
– Нисколько. Я квинтэссенция жизни. И твоей, и тех, кто остался лежать, охраняя твои следы позади, и тех, кто ждет впереди.
