Полковник приветствовал меня сдержанным кивком, скупым жестом предлагая без лишних расшаркиваний проследовать внутрь. Следом за мной моментально забрались и остальные, после чего дверь захлопнулась. Машина сразу же, без малейшей задержки, поднялась в воздух. При этом я не увидел в салоне ни Иры, ни Ады. Хотел было задать вопрос, но был остановлен взглядом Николаева. Быстро стрельнул взглядом на Эльвиру и Валеру, но оба синхронно кивнули. И оба — взглядами, опять же, показали мне пока помалкивать.
Взлет оказался настолько быстрым, но при этом удивительно плавным, что я не удержался, прошел по десантному отсеку и заглянул в кабину пилотов. Ну да, на летных шлемах характерные рубленые пиктограммы — экипаж машины из неасапиантов, причем сразу оба пилота.
Очень странно. Такое, мягко говоря, в вооруженных силах не практикуется.
Конвертоплан между тем уже летел над водной гладью, причем совсем низко — едва не цепляя брюхом гребешки волн, явно уходя от внимания чужих радаров. Несколько минут такого полета, по-прежнему в полном молчании, и по отмашке Николаева, который наблюдал за нашим маршрутом на экране ассистанта, все поднялись. Видимо, порядок действий был согласован заранее, и один только я как обычно после начала сеанса в кино пришел, пропустив вступительный поясняющий ролик.
Вышли мы на улицу все вместе, на ходу, через распахнувшийся сзади десантный люк. Приземлившись, подняв кучу брызг, я вынырнул и глянул вслед удаляющемуся прочь конвертоплану.
Прыгали вместе, но раскидало нас по расстоянию довольно прилично, так что некоторое время мне — формулируя череду самых разных вопросов, потребовалось на то, чтобы доплыть до Николаева и остальных. Но спросить я опять ничего не успел — рядом уже всплыла небольшая подводная лодка. Причем я даже очертания ее не полностью видел — они были размыты активной пеленой призрак системы.
Опять происходит что-то донельзя серьезное, и опять я не в курсе, ну что за дела? — еще сильнее расстроился я. И ведь снова не спросить в чем дело. Хотя в комфортабельной, но небольшой тесной каюте — компактной как комната в трейлере автодома, мы провели больше получаса, но как и в конвертоплане мне взглядами показали, что лучше пока помолчать.
Осматриваясь внутри, понял, что лодка невоенная. И мне вообще даже показалось, что она из обеспечения наркокартелей. Французского, или Сицилийского связного. Скорее даже второго, сицилийского — на одной из полок увидел потрет с группой людей, среди которых узнал двоих — Бенито Муссолини, а также широко известного в узких кругах «Счастливчика» Лучано. Муссолини знаком мне по собственной памяти, а вот Лаки Лучано памятью Олега, который в атлантической наркоторговле смыслил более чем подробно, как оказалось. Откуда только такие знания? Кроме Муссолини и Лучано на снимке присутствовало нескольких аристократов, причем на фоне флага Королевства Сардинии. Вот их лица были мне незнакомы, но видно — господа весьма и весьма породистые.
Лодка картеля? Вполне возможно — Николаев человек широких интересов, думаю ему без проблем подобное организовать конфиденциально. Зачем? В целях конспирации, ясно-понятно. Но вот зачем именно сейчас нам нужна полная конспирация? Вот об этом детально как понимаю здесь все в курсе, кроме меня.
Вскоре, судя по стихшему гулу двигателей, мы наконец прибыли. Причем в этот раз на поверхность субмарина не всплывала. Выбирались мы один за другим из шлюза, через открытый в полу люк. Первым вышел Николаев, который захватил с собой фал. Другой его конец держал Валера, и когда веревка дернулась в его руках три раза, он начал отправлять в воду сначала Эльвиру, потом Наденьку, Модеста и меня. Столь слаженные действия еще больше убедили меня, что все вокруг, кроме меня, в курсе и происходящего, и необходимых действий.
Спустившись в люк, нырнув в голубую ласковую воду средиземного моря, я глаза не закрывал. Как оказалось, наша субмарина словно рыба прилипала пристроилась к борту немалого размера яхты, в днище которой также был открыт люк, подсвеченный прожектором. До люка я добрался даже без страховочного фала, доплыв в несколько гребков.
В шлюзе яхты меня встретили молчаливые матросы. Без знаков различия на форме, но с характерным для Армии Конфедерации зеленым отблеском в активных имплантах. Никого больше рядом не было, но мокрые следы показывали, что остальные уже ушли дальше по трапу наверх. Пригласили на выход и меня, и один из матросов двинулся как сопровождающий, проводив меня до выделенной каюты.
— Его благородие господин полковник ждет вас в кают-компании через десять минут, — неожиданно басовитым голосом сообщил мне провожатый у двери.
— Благодарю, — только и кивнул я, заходя внутрь и осматриваясь.
Обманчиво простая обстановка, за кажущейся простотой которой скрываются большие деньги. И до удивления знакомые вензеля на шторах и постельном белье.
Ну да, ну да.
