— Потому что ты, мой дорогой друг, по глупости убил самого Аббадона. Знаешь кто это такой? Вижу, догадываешься. Ты своими кривыми руками прикончил самого повелителя бездны, демона уничтожения. Надо сказать, я не ожидал что у тебя это получится… да и никто, честно говоря, не ожидал. Сюрпризом для всех знающих стало. А уж как сам Аббадон удивился…
Георгий прервался и даже покачал головой. Ну да, похоже я действительно всех удивил.
— Ты носишь в себе слишком опасный слепок души. Поэтому господину Николаеву гораздо проще дождаться, пока я тебя прикончу на алтаре, уничтожив просыпающегося ангела бездны, самого Губителя, а уже после попробовать атаковать Академию, чтобы разобраться со мной. Только вот ничего у него не получится. И нам сегодня с ним и с уже мчащимся сюда из Брюгге царем предстоят сложные переговоры, в ходе которых им, во имя спасения существующей модели мира, придется пожертвовать многим — на фоне чего твоя жертва… пф, пустяк. Еще вопросы есть, или приступим к избавлению нашего мира от самого воплощения вселенского зла?
— Как ты узнал?
— Узнал о чем? — уточнил Георгий, подходя ближе.
Зачем ему об этом переспрашивать, если он все равно эхо мыслей ловит?
— Зачем, спрашиваешь, мне спрашивать? Все просто, и ты сам мог бы до этого дойти в развитии. Если бы не делал глупостей. Затем мне это спрашивать, что сложно оставаться человеком, обладая такой мощью, какой обладаю я. Мне вообще в общении с тобой в принципе слова могут быть не нужны, если уж на то пошло. Я могу вытащить и препарировать твою память, получив все нужные ответы. Но, если я начну забывать, что я человек, и перестану ходить человеческими путями, я совсем скоро превращусь в высшую сущность по типу твоего друга Астерота. Я, видишь ли, вынужден даже сдерживаться в управлении временем и пространством. Специально оставаясь в человеческой песочнице, не поднимаясь выше.
— Сожрут?
— Именно. Как хорошо быть умным раньше, так как моя жена потом, верно? — усмехнулся Георгий. — Я рядом с владетелями миров, рядом с высшими сущностями, пока такой же беззубый котенок, как и ты сейчас передо мной. Но я, в отличие от тебя, прекрасно это понимаю, поэтому не совершаю ошибок. Так что мне иногда приходится действовать в полностью ручном режиме. Кстати тебе наверняка будет интересно знать, что о твоих шагах в ипостаси Драго мне докладывал твой хороший друг Войцех.
— Войцех? Он же поклялся…
— Поклялся милашке Лизе, в которую так тайно, что это настолько явно, влюблен до безумия, оберегать тебя? Конечно. Но он же и не мне лично докладывал. Войцех давным-давно работает на герцога Алессандро Медичи. Еще один умный человек, кстати, который в отличие от тебя подбирает себе противников в партии по уровню. И в свите герцога есть мой агент, только и всего. И я был осведомлен обо всех твоих действиях и в личине Драго, и после того как ты под маской Джорджа Мартина прибыл обратно на Занзибар.
— Но ведь Войцех ушел, сразу после того как я появился на Занзибаре как Мартин.
— И что? Дай-ка угадаю с одного раза, кто же это пришел в замок Холдена, и оставил после себя гору трупов и одни развалины? Черт возьми, да кто же это мог быть, у кого в этом мире такой узнаваемый почерк? Или ты думаешь, что догадаться о том, что ты узнаешь о местонахождении монсеньора у Эмили, Скрипача, Шилова или Контролера было сложно?
— Контролера?
— Король Пеймон. Демон в короне Подчинения, который тоже встречи с тобой не пережил.
— Понял. Ты и с ним дела ведешь? Вел?
— Я со многими демонами дела виду, ты их всех к счастью убивать не успеваешь, — усмехнулся Георгий.
Догадка мелькнула молнией — и во взгляде Георгия я получил подтверждение. Он знал о нашем разговоре с Дамьен, состоявшемся в башне в Хургаде, и именно на это, на мое «…я убиваю демонов», и намекал сейчас. Но как он и о моем разговоре с Дамьен узнал?
— О, в этом случае никаких шуток со временем и пространством. Мне Эмили сама рассказала, все более чем банально, — усмехнулся Георгий. — Ну что, я вижу, что тебе теперь уже становится больше грустно, чем интересно. Начнем, помолясь?
— Водички попить принесешь?
— Нет, конечно.
— Ну нет, так нет, — разочарованно вздохнул я.
«…а вот теперь действительно конец», — еще раз повторил внутренний голос. И добавил в сердцах, безо всякого почтения: «Придурок, ну нахера ты сюда пришел!?»
Георгий, кстати, мою панику почувствовал и даже хмыкнул, покачав головой — так, как качают головой взрослые при виде милой ошибки маленького ребенка.
— Ну что ж, приступим, — кивнул Георгий, уже с максимально сосредоточенным видом и повернулся к Бергеру, явно намереваясь дать какое-то ценное указание.
Я не знаю, что именно мной руководствовало тогда, когда я придумывал мысленный импульс для возвращения Чумбы из анабиоза, но сейчас я даже немного смутился от того порыва.
