За несколько секунд перед моим взором промелькнули тысячелетия — желтый свет солнца постепенно сменился на красный, белоснежный дворец потемнел, пропали вокруг яркие краски мира, став привычным в Инферно царством красного и коричневого.
Некогда зеленую и сочную, а теперь выжженную красным солнцем до состояния сухого камня долину расчертили шрамы глубоких каньонов, в которых канули многие здания. И теперь окружающий мир ничуть не напоминал такой яркий и привычный мне, мир человеческий.
Мир перестал быть человеческим, но город все еще жил. Вот только теперь у него сменились хозяева.
Белый, привычный человеческому глазу формы дворец оказался трансформирован в нечеловеческое нечто потоками застывающей, растущей вверх лавы, а сам некогда зеленый город стал царством пламени. И здесь все еще кипела — в прямом и переносном смысле, жизнь. По висячим мостам все также сновало множество существ, не всегда антропоморфных, также гудели, только уже нечеловеческим гулом, трибуны заполненной арены. Внизу текли реки лавы, живые потоки магмы струились водопадами по башням. Причем не только вниз, но и вверх; я сейчас словно смотрел на город «Инферно» в игре про героев меча и магии — правда несравнимо, несоизмеримо больший по размерам.
Это выглядело как самый настоящий Ад — Ад в представлении людей, конечно же.
Но и это воплощение Ада по ходу бега времени перестало быть обитаемым — вместе с живым Огнем отсюда ушла и жизнь, а когда-то наполненный жизнью город опустел.
— Драго, милый, все хорошо? — обратила внимание на мое состояние Илона. Звуком голоса вырывая меня из картинки воспоминаний.
Реки пламени и живой багрянец перед взором погасли, пропали масштабные картины, и снова я оказался в пустошах чужого мира. На останках мертвого, когда-то процветающего города, принадлежавшего сразу двум цивилизациям.
— А? Да, все просто прекрасно, — окончательно сморгнул я картины минувшей эпохи.
И вдруг, вернувшись в объективное восприятие реальности, почувствовал жжение ожога на ладони. Надо же, во время экскурса в прошлое даже не заметил, что при погружении в картинки памяти демона-инфернала коготь Чумбы в моей руке буквально раскалился. Похоже, что демоны-инферналы для кровавых бурбонов не меньший раздражитель, чем для кровавых мечей.
Что-то в этом во всем есть. Важное.
— Нам сюда, мой сладкий, мы почти пришли, — отвлекая, произнесла Илона, и потянула на лестницу вниз.
Мы действительно почти пришли — и сейчас нам предстоял долгий спуск вниз на «императорскую» трибуну, занятую людьми.
Спускались долго, я даже ступени считать устал. По мере спуска вдруг понял, что сама площадка арены, несмотря на впечатление от общей гигантомании сооружения, не такая уж и большая. Размером ненамного больше обычного футбольного поля.
Наконец ступени кончились, и мы оказались на площадке императорской ложи у самого парапета чаши арены. Здесь стояли длинные столы, накрытые белоснежными скатертями, сновали официанты, разнося прохладительные напитки. Отказываться от которых я не стал, взяв себе запотевший высокий стакан. Официанты, кстати, все были в черном. Ну да, Черная Лига, антураж и все такое.
Илона протащила меня вдоль нескольких компаний по оборудованной и приведенной в порядок ложе для гостей. Которая не была ровной площадкой — спускаясь к ограждению арены не уступами, как трибуны, а под небольшим уклоном. Так, что императорское место, огромный черный трон, находился на своеобразном возвышении.
Рядом с троном, кстати, никого не было — лишь два неасапианта караула. Гости это место словно бы избегали.
— Один или подсадить тебя к кому? — вновь отвлекла меня от созерцания Илона.
— Лучше один.
— Давай тогда вот здесь, столик у парапета. Не скучай, я к тебе еще вернусь, сладкий, — снова тесно прижавшись, причем недвусмысленно горячо и откровенно дав волю рукам (я даже удивиться не успел), влажно шепнула мне в ухо Илона. Еще раз проведя языком мне по шее, подарив многообещающий взгляд, она подмигнула и двинулась через кольцо охраны в место собрания небольшой группы гостей.
По пути ее встретило два неасапианта в массивных доспехах, один из которых передал Илоне поводок с приметным псом. Трехголовый монстр, размером с крупного дога, в шипастом ошейнике. Шипастыми же лентами были стянуты его три морды, а глаза горели кровавым отсветом.
Эту, так скажем, собаку, с Илоной я уже видел — памятью Николетты.
— Жуля, за мной, — резво дернула за поводок Илона, потянув пса следом.
Какая-то она… бесстрашная, что ли. Уж насколько я склонен к опрометчивым поступкам, но даже я бы такого адского пса так грубо дергать точно бы не стал.
Допив мохито, я подозвал официанта и взял второй бокал. И облокотился на невысокий парапет. Осматриваясь по сторонам, уже предметно изучал собравшихся гостей.
«Вместе с нами вы сможете увидеть множество интересных людей. И убить их», — к месту подсказал внутренний голос слоган рекламы Иностранного Легиона.
Именно с этой точки зрения на собравшихся я сейчас и смотрел.
