А затем услышала подозрительное шмыганье носом. Непонятно – то ли она плачет, то ли это последствия перечной атаки продолжаются. Вскоре бедняжка затихла, и я уснула.
***
– Мы не можем вечно тут сидеть, Мика! – попыталась уговорить оборотницу идти дальше.
– Эта турка отбила у меня все обоняние, уничтожила... Я не могу-у-у сейчас никуда идти, Хель, – почти прорыдала она.
Пострадавшая от местных девушка сидела на корточках возле реки и брызгала себе в лицо воду. Безрезультатно. Бедняжка никак не могла прийти в себя от шока, когда выяснила, что вчерашний инцидент с применением турки не прошел без последствий.
Накануне вечером мы дружно решили, что наутро Мике полегчает, и заложенность носа пройдет. Но сегодня нас с Хемом разбудил ее отчаянный разочарованный вой – обоняние так и не восстановилось.
– Послушай, Мика, я же проверяла вчера: физических повреждений нет, значит все придет в норму, просто нужно еще немножко подождать... Надо отсюда убраться, а то вдруг деревенские пойдут в лес и наткнутся на нас.
– Хотелось бы надеяться, но эти жалкие трусы, я уверена, еще долго будут сидеть по своим халупам. Сейчас я бы, не сомневаясь, вырвала парочке из них глотку.
– Мика, будь благоразумнее, нам такие приключения ни к чему. И мне неприятно слушать про вырванные глотки. Не забывай, во мне магия жизни. И я – целитель.
– Хель, ну-у-у как я такая пойду-у-у, а-а-а? – жалобно простонала Мика.
Я села рядом с ней, погладила по гладким черным волосам и тихо спросила:
– А что в этом страшного? Ты же не ноги сломала...
Мика закатила глаза, потом с некоторой долей раздражения ответила:
– А ты представь, что ты голая и слепая, а вокруг толпа мужиков.
– Типун тебе на язык! – ужаснулась я.
Ничего себе предположение. Я от подобной перспективы непроизвольно передернула плечами. Жуть!
– Вот видишь! Для любого оборотня обоняние – это дополнительная пара глаз, ушей, лап. Да все! А главное – своеобразное оружие. По запаху можно узнать, что сделает враг, когда нападет, откуда нападет. Найти еду и определить, насколько съедобна, обнаружить скрытые в лесу ловушки. Там, где живут люди, в лесу обязательно имеются ловушки, попав в которые легко сломаешь ноги, шею и, вообще, умирать будешь долго и мучительно.
Я даже содрогнулась от ужаса. Хем присел на корточки рядом с Микой и кончиком хвоста погладил ее по спине в качестве сочувствия. В кои-то веки Мика с благодарностью приняла знаки внимания, вяло улыбнувшись мальчику, но у меня ее улыбка демоненку вызвала прилив тепла и радости, поэтому, больше не раздумывая, согласилась:
– Хорошо, тебе виднее, давай подождем здесь до завтра.
Мика с облегчением улыбнулась, задержала взгляд на мне и просительно выдохнула:
– А можно я тебя кусну?
Я отодвинулась от потянувшейся ко мне девушки.
– Мика, я не в том возрасте, когда регенерация происходит так быстро. Ты только вчера чуть не осушила меня, надо подождать несколько дней.
Но та продолжала с вожделением смотреть на мою шею. Она уже который раз примеривается к ней, но я разрешала себя кусать только за кисть, опасаясь, что не смогу вырваться из захвата. С каждым днем жажда крови беременной оборотницы все возрастает, и меня это определенно пугает.
– Ну чуточку, хоть глоточек, – умоляюще заныла Мика.
Я опустила руку в воду и неожиданно брызнула ей в лицо. А потом рассмеялась, потому что ее узкие глаза превратились от изумления в круглые совиные.
– Ты чего это? – спросила она с подозрением.
– В чувство тебя привожу, а то слишком любишь потакать своим желаниям, – весело ответила.
Даже не смотря на вот такие трудности, с ней все легче общаться. И уже через минуту мы вдвоем барахтались в воде, в шутку пытаясь утопить друг дружку. Хем сперва носился по берегу и нервничал, но вскоре тоже, скинув курточку и ботинки, бросился в воду. Конечно же, вода еще не успела прогреться настолько, чтобы было комфортно для купания, но мы, неожиданно развеселившись, брызгались, 'топились' и барахтались как маленькие дети.
На берег вылезли замерзшие, но довольные. Да-а-а, мы только с Нисой так веселились и баловались, а это, как сейчас казалось, было давным-давно.
Заново развели костер и развесили на ветках сушиться одежду. А сами уселись в одних исподних рубашках греться возле огня. Мика вновь обратила внимание на мешочек у меня на шее и предложила:
– Ты говорила, там бисер для волос? Может заплетем косы с ним?
– А давай! – согласилась я, не видя в желании подружки ничего плохого, в принципе, уже давно и сама хотела использовать подарок дриады по назначению, да только обстоятельства препятствовали.
Сняв мешочек, развязала тесемки и в первую очередь вынула мамин родовой перстень. Под любопытным взглядом оборотницы надела на палец, мысленно вознося молитву всем богам за то, что додумалась его туда спрятать, переодеваясь под телегой, а арути не стали обшаривать пленных, проверив только вещевые мешки.
