— Повтори, что ты сделаешь, когда высадишь нас, — обратился Ганнон к Иссуру, решив, что теперь уже можно подокучать ему, чтобы не выкинул лишнего.
— Вернусь обратно, — послушно ответил парень. Он смотрел вперед по курсу.
— Куда именно?
— К Илларин.
— И что будешь делать?
— Ждать вас.
— А если не вернемся?
— Отправлю донесение. — Иссур вздохнул. — Но не просто так, а с печатью и через саму леди.
— А дальше? — не отставал от парня Ганнон. Они подходили к главному.
— Поплыву домой. — Лизарис понурил голову. — Не на том же корабле, что и донесение, даже если придется ждать, — припомнил он последнюю деталь.
— Точно, молодец. — Ганнон решил приободрить поникшего Откликнувшегося. — Поверь, остаться и делать то, что должно, вместо того, чтобы героически броситься вперед… Это дорогого стоит. Мы зависим от тебя и полагаемся на тебя больше, чем кажется.
— Смотри, парень! — с кряхтеньем вступил в разговор гребущий Роннак. — Если не справишься, — он прервался, пока делал очередное движение веслами, — из-под земли достану!
Ганнон хмыкнул, а Иссур, до этого рассеянно кивавший, тоже усмехнулся и на миг отвернулся: похоже, смахивал слезу.
***
Когда они причалили к месту, которое указал Роннак, времени на прощания уже не было. Юноша и подземник спрыгнули на отмель и помогли оттолкнуть с нее яхту. Морской только успел махнуть им рукой, через секунду все его внимание снова было поглощено морем. Густой лес подходил почти к самому берегу Атора, и двое непрошеных гостей смогли быстро скрыться от любопытных глаз.
Подземник был собран и шел вперед, слегка склонившись над землей. Ганнон не видел его таким со времен вылазки на пляж: каждое движение рассчитано, каждые десять шагов он озирался по всем сторонам и вверх. Легионер уверенно шел по лесу, в котором был лишь раз, хотя ориентир всегда было видно: в любом просвете гора зеленой громадой заслоняла небо, и они направлялись к ее восточной стороне.
Ганнон в который раз запнулся о какой-то корень и сдавленно выругался, где-то спорхнула птица. Роннак, хоть и справлялся лучше, тоже иногда спотыкался. Все-таки это были не пещеры. Ни один уровень леса не был лишен жизни. Мох и опавшие хвойные лапы под ногами. Высокая трава и папоротники до пояса, в которых копошились мелкие зверьки, раскидистые кусты в два человеческих роста и, конечно, деревья. Невообразимой высоты сосны и ели доминировали в этой части леса. Их стволы были покрыты мхом, походившим на вековечную пыль, и местами начинали каменеть, прямо как клен на площади городка. Похоже, сюда лесорубы доходят не часто, Роннак выбрал хорошее место. Когда они остановились немного передохнуть, тут же поднялся гнус и без жалости атаковал незащищенные лица.
— Пфф! — Подземник выплюнул мошкару и ободряюще произнес: — Скоро выйдем к ручью, там будет попроще. Но и заметнее. — Ганнон в ответ лишь кивнул. — Дальше пройдем еще немного до того места, где я… остановился в прошлый раз. — Последние слова дались легионеру с трудом.
Вскоре они действительно услышали шум воды. Бурный, хоть и немного обмелевший, ручей протекал посреди леса. Противоположный правый берег был усыпан галькой и хорошо просматривался. Левая же сторона, по которой шли путники, была густо покрыта растительностью. Деревья, цеплявшиеся за самый край берега, клонились к воде, некоторые и вовсе лежали в ней, упав в ручей под собственной тяжестью. Ганнон и Роннак шли по кромке, что создавали корни накренившихся деревьев. Очередной порыв ветра принес запах гари, совсем непохожий на знакомый Ганнону приятный запах горящих дров.
Они шли вверх, против течения ручья. Когда подъем стал слишком крутым, путники свернули на восток, углубившись в лес на несколько сот шагов. Роннак резко остановился и прошептал:
— Вот это место. По крайней мере, я так думаю. В этом проклятом лесу не разобрать.
Бор здесь был не таким древним, окаменевшие стволы уже не встречались, но растительность все равно была густой, в лесу становилось темнее. Стали попадаться лиственные деревья, еще выше и толще хвойных. Очередной порыв ветра снова принес странный запах.
— Предлагаю пройти дальше туда, откуда дует ветер, и осмотреться. Может быть, с одного из деревьев, — сказал Ганнон, заметив страх на лице своего спутника, что тот безуспешно пытался подавить. Кто бы ни лазил в этом лесу, они сумели напугать подземника, а это была задачка не из простых.
Возможно, дело было в слабеющем свете или в том, что лес снова становился гуще. А может, Ганнону передался настрой легионера, но ему действительно начинало казаться, что за ними наблюдают. Роннак стал озираться сначала каждые семь, а потом и каждые пять шагов. Тьма сгущалась, в любой тени мерещился соглядатай. Странный звук, будто резкий порыв ветра, сжавшийся в хлопок, заставил их замереть. Роннак оглянулся на Ганнона, в его взгляде читалось: «Вот, я же говорил, это правда!»
